Нерушимый 6

— И нападающий Антон Бако!

Антон белозубо улыбнулся, помахал рукой, сорвал аплодисменты и заулыбался еще шире — парню вскружило голову внимание.

— А теперь вопросы!

Вверх взметнулись десятки рук. Аксель указал на молодого араба в самом конце зала.

— Айвон Джонс, — представился он. — «Гринок Телеграф». Вопрос Игорю Денисову. Что вы такого сказали Джону Задзисаю, что спровоцировало драку.

Денисов сжал челюсти, покосился на Марокко и процедил:

— Сейчас и не вспомню. Это было сказано в порыве гнева после того, как Джон применил по отношению ко мне грубое физическое воздействие.

— Джон уверяет, что вы назвали его грязной тупой гориллой и ниггером.

Денисов закатил глаза и развел руками.

— А он вам не сказал, каким эпитетом наградил меня первым? А то я не помню — в порыве гнева такое случается.

Вопрос загнал араба в тупик, он смолк, и право слова перешло к молодой журналистке.

— Игорь, считаете ли вы себя расистом?

— В СССР нет расизма, — ответил Денисов. — Мы не делим людей на расы, только на хороших и плохих.

Он злился, очень злился, хотелось отодвинуться от него, чтобы ненароком током не ударило.

— Я беседовала с Джоном. Он сказал, что вы назвали его грязным ниггером.

— Молодой человек утверждает, что — гориллой, — парировал Денисов. — Спросите у Антона Бако, есть ли у нас расизм или нет.

Антон потер руки и с радостью разразился спичем, что его все любят, у нас в стране нет гетто для цветных, иностранцев и бездомных и все равны, чем заставил зал ненадолго замолчать.

Аксель передал слово толстой негритянке:

— Мистер Нерушимый, а что ты скажешь о расизме?

— Скажу, что ваш брехливый Задсисян и есть расист, — брякнул я и, сообразив, что меня несет, быстро переключился, спросил у женщины уже по-английски: — А лично вам приходилось сталкиваться с расизмом здесь?

Она разинула рот и растерянно захлопала глазами. Энн эмоций не выказала. Вот же твари лицемерные! Марокко кашлянул и глянул злобно.

Слово взяла похожая на моль женщина средних лет, седая, коротко стриженная, в сером костюме.

— Александр Нерушимый, будете ли вы играть в основном составе?

— Да, — кивнул я, — надевайте килты и готовьтесь к завоеванию.

Черт! Хорошо, они не знают этот анекдот. Или знают, вон как лица вытянулись? Марокко побагровел, я наклонился к нему и шепнул:

— Перехватывайте слово.

Но, слава богу, меня больше ни о чем не спрашивали.