Непридуманное счастье

Это как раз именно то, что ей нужно, на что Таня сейчас способна, хотя такие отношения всегда были против ее правил и природы. Но жизнь порой ставит такие условия, что вопреки всему приходится менять свои убеждения, ибо жить с ними оказывается невозможным. Да и какой смысл требовать от Лёни постоянства и серьезности, он на это едва ли способен при его любвеобильности и популярности среди женщин. Лучше сразу настроиться на вариант без взаимных обязательств. Тогда и взаимных обид не будет. И генеральную уборку, наверное, потому затеяла, чтобы больше в себе разобраться, а не порядок в квартире навести.

Татьяна почти закончила с уборкой, когда пришел Лёня. Это не было сюрпризом, он говорил, что зайдет. По этому поводу Таня тоже весь день нервничала, но виду не подавала. Все свои самые болезненные переживания давно уже научилась прятать от чужих глаз.

Открыв дверь, привычно коснулась губами его щеки.

— Ой, Лёня, привет! — Настя выбежала из комнаты. — А мы тебя как раз вспоминали! — выдала с ходу.

— Да? — Лёня с лукавой улыбкой посмотрел на Таню, и она глубоко вздохнула. — Как приятно‑то… Я прям польщен. Вот видишь, Настька, хорошего человека вспомни — он обязательно появится. Гулять пойдем?

— Куда? — девочка тут же загорелась вниманием.

— В парк, например. Сахарной ваты пожуем или в кино сходим.

— Ну ничего себе, — Настя подбоченилась. — Я даже не подготовилась, ничего не придумала.

— Думай быстрее, — засмеялся мужчина.

— Тогда в парк, — быстро решила малышка. — А в кино темно и холодно, как в гробнице. Лёня, чтобы ты меня в парк водил, я тебя теперь каждый день вспоминать буду.

Таня рассмеялась такой непосредственности. Настя вообще очень прямолинейный ребенок. Близкие хоть и привыкли, но забавлялись от души. А в окружении незнакомых бывало и неудобно.

— Давай. А я буду появляться, как джинн из бутылки, и выполнять любое твое желание. Беги, Очаровашка, платье надевай.

— А джинсы подойдут? У меня новые."

"— И джинсы подойдут, — с улыбкой кивнул Лёня и посмотрел на Таню. Она жестом пригласила его в гостиную. Там он поправил на диване несколько красных бархатных подушек и удобно уселся.

— Лёня, это что за культпрограмма? — Татьяна устроилась на подлокотнике серого кресла.