Неповторимая

Пламя отражалось в его глазах, подчеркивало выступающие под рубашкой бугры мускулов. Его лицо оставалось безучастным, не выражало никаких чувств. Казалось, он что-то ищет в пламени, но знает, что не найдет. Шона вдруг задрожала, припоминая недавний разговор с Джеймсом Мак-Грегором.

Каторга… Почти пять лет он работал на каторге. Шрам над глазом и остальные мелкие шрамы и рубцы на теле свидетельствовали о непрестанной борьбе, которую Дэвид вел все эти годы. Если бы Шона лучше знала его жизнь, может, она смогла бы понять, почему он не в силах доверять ей — особенно теперь, когда постепенно выяснялось, что она так или иначе замешана во всех трагических событиях его жизни.

Наконец он отошел от огня. Шона сжалась, чтобы не дрожать, когда он приблизился к постели. Дэвид не тронул ее. Гневный изумрудный отблеск играл в его глазах, но казалось, он не испытывает ни малейшего желания прикасаться к Шоне.

Повернувшись к ней спиной, он сел на противоположный край кровати и сбросил сапоги, затем улегся в постель, заложив руки за голову.

Несколько долгих минут Шона лежала молча."

"— Я ничего не знаю про Мэри-Джейн. Ровным счетом ничего!

— Любопытно: она замешана в этом деле и теперь исчезла.

— Если она пропала, надо найти ее! — настаивала Шона.

— Она не пропала, а сбежала, — ровным тоном возразил Дэвид.

— Откуда ты знаешь?

— Ее одежда исчезла вместе с ней.

— Может быть, ее заставили уйти из замка, а одежду забрали, чтобы…

— Шона, перестань.

Ей следовало остановиться, как советовал Дэвид, но Шона не смогла.

Она едва дышала.

— Не могу поверить! — прошептала она, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Мэри-Джейн! Та самая, которую Шона считала не только своей преданной служанкой, но и подругой! — Быть того не может! Почему ты поверил Фергюсу?

— Потому что он сказал правду.

— Откуда ты знаешь?

— К горлу Ферпоса был приставлен меч. — Дэвид вздохнул, теряя терпение. — Шона, теперь-то ты понимаешь, что близкие люди причинили тебе немало вреда и замышляли убийство?

На минуту Шона затихла, затем произнесла:

— Мне больно.

Он ослабил пальцы и отстранился. Она лежала рядом с ним, обнаженная и беспомощная, а он даже не прикоснулся к ней. Они повернулись спинами друг к другу.