Непокорная: во власти истинных

"

"Не знаю, на что надеялся в тот момент. Инстинкты взревели, требуя немедленно поцеловать вышедшую из-под контроля дьяволицу. Стоило языку скользнуть между приоткрытых девичьих губ и боль отступила. Огонь так и продолжал полыхать вокруг нас, но Яра плотнее прижалась к моему телу, пряча лицо на груди. Она узнала меня, не позволяя магии истязать мое тело.

— Я рядом, милая, дыши глубже… — шепнул ей на ушко, обнимая хрупкую талию.

— Дарк. Я не могу справиться, — дрожащий голос девушки отразился отчаянием в душе.

— Можешь! Этот огонь — часть тебя! Постарайся успокоиться! Ты не должна бояться его! — зарычал я, подмечая, как под давлением затряслись стены, а стекла, с оглушительным звоном, вылетели из окон. — Не позволяй магии поглотить тебя! Давай, дыши, медленно!

И она послушала.

Постепенно пламя стало утихать, а ураган вокруг нас успокаиваться. И только когда последние искры синего огня погасли, я вздохнул с облегчением и, пряча лицо в шелковых волосах, вдохнул аромат диких персиков.

Лишь сейчас пришло осознание, как сильно я изменился за столь короткий срок.

— Яра, Дарк! — услышав взволнованный голос Аласдэра и быстрые шаги, я опустил крылья, позволяя побратиму увидеть нашу слишком дикую чертовку. — Хвала богам! С вами все в порядке!

Резко выдернув человечку из моих рук, он заключил ее в крепкие объятия, целуя лицо и волосы, как и я, сходя с ума от беспокойства.

— Вы не хотите объясниться? — откашлялся отец, поправляя камзол.

— Она опасна для общества! — вновь зарычал правитель Харальд, но остался у дальней стены, лая все громче. В этот момент он напомнил мне дворовую собаку, из тех, что горланят за забором, но стоит подойти ближе, убегает, поджав хвост. — Это неприемлемо! Нападение на правителей и кронпринцев карается смертной казнью.

— Отец, хватит! — рявкнул Аласдэр, после чего взглянул на меня. — Дарк, уведи Яру отсюда. Нам еще второго всплеска не хватало! Я улажу все здесь и приду.

Я взглянул на правителя фениксов, желая понять его реакцию. Позволяя демонам разбираться между собой, он перевел на меня взгляд. Больше всего в этот момент я боялся, что он поддержит требования правителя Харальда, но вместо этого отец тепло улыбнулся и кивнул мне, как всегда делал, когда выражал свою гордость.