Непокорная невеста

Карие глаза его слезились, кожа на лице загрубела, как у ощипанной курицы, длинные черные волосы явно не расчесывали и не мыли не одну неделю.

– Почему ты не оставил ее себе? – без предисловий спросил Том.

– Я не вор, – ответил мальчишка, поднимая очередной окурок маленькой ручкой, покрытой грязью и струпьями.

Том достал из кармана шиллинг и протянул замарашке, но тот проигнорировал этот жест, покачав головой:

– Мне не нужны подачки.

– Это не подачка, – возразил Том, немало удивившись такому проявлению чувства собственного достоинства у ребенка, который едва ли мог себе это позволить, – а всего лишь плата за оказанную услугу.

Мальчик пожал плечами и, взяв монету, бросил ее в тот же мешочек, куда собирал окурки.

– Как тебя зовут? – спросил Том.

– Безил-младший.

– А полностью?

Мальчик опять пожал плечами:

– Меня все так кличут, а папаша был Безил-старший.

Разум подсказывал Тому оставить все как есть: в этом беспризорнике не было ничего особенного.

Но что-то не давало ему покоя – вероятно, все дело в нотациях Уинтерборна. Помочь этому маленькому оборванцу подсказывало Тому чутье, которое никогда его не подводило, как бы он ни старался его игнорировать.

– Безил, мне нужен уборщик в контору. Хочешь получить эту работу?

Мальчишка подозрительно посмотрел на Тома:

– Надуть меня хотите, господин?

– Даже не думал. Да, и зови меня «мистер Северин» или «сэр», – Том дал мальчику еще одну монету. – Купи метлу и приходи завтра утром. Я предупрежу швейцара.

– Вишь ты! И когда же мне заявиться, сэр?

– Ровно в девять.

Направляясь обратно в здание, Северин мрачно пробормотал:

– Если этот оборванец обчистит мою контору, счет я вышлю тебе, треклятый Уинтерборн.

Глава 7

Месяц спустя Том сел на поезд до станции Сафрон-Уолден в Эссексе, а оттуда нанял экипаж до поместья Клэр. Такое путешествие кардинально отличалось от поездки в комфортабельном железнодорожном вагоне, где он мог отгородиться от всего внешнего мира. Навещая людей, Том предпочитал не полагаться на их милость.