Ненужные. Мама для отказников

– Я так понимаю, это ваше имя, а той, чьё тело вы заняли?

– Я не знаю, Ваше Величество, - я растерянно пожала плечами. – Очнулась на чердаке сиротского приюта под названием берег надежды. А дети нашли меня недалеко от дома.

– Значит, вы не знаете, кем являлась погибшая, - кивнул король. – А ваш путник?

– Джен Роджерс, Ваше Величество, - Джен поднялся с колен и склонил голову. – Торговец необычными находками.

– Это же вы продали Диграну ту статуэтку лесной богини? - король внимательно посмотрел на моего друга.

– Занятная пара пришла на аудиенцию. Никак чудо помогло вам встретиться?

– Не совсем. Я был проездом в Островках, а Мария искала кого-нибудь, кому продать свои земные вещи, - коротко рассказал Джен, не вдаваясь в подробности. Но короткого ответа королю было мало:

– И что же заинтересовало настолько, что вы не только купили предмет, но и решили помочь девушке, попавшей в беду? Джен опустил глаза и сжал кулаки. Глубоко вздохнув, он заговорил: – Когда-то я попал в этот мир также, как Мария.

Из того же мира. Там у меня осталась семья, и я долгие годы искал способ вернуться, а когда понял, что такого способа нет, принялся искать хоть какое-то напоминание из того мира. Чтобы не забыть.

Последние слова Джен проговорил почти шепотом, было видно, насколько сложно мужчине далось это откровение. Бередить старую, гниющую рану… Тыкать в нее иголкой, из раза в раз вспоминая свой нелёгкий путь. Видимо, король понял, что эта тема не слишком приятна Джену, потому что он кивнул и повернулся ко мне:"

"– На сколько я знаю, “Берег надежды” – действующий приют, там живут около пятнадцати детей.

Что же вас привело сюда?

– Ваше Величество, это не правда, - я посмотрела правителю в глаза. – Когда я очнулась, то увидела ужасную картину. Восемь грязных и голодных детей, среди которых едва родившийся младенец. Сам приют требует ремонта и на момент моего появления в нём было опасно находиться. Из взрослых там давно никого не было. Кухарка, единственная, кто за ними следил, умерла вроде как зимой, точно не могу сказать.

Дети сами добывали себе еду, ловя рыбу, охотясь и помогая деревенским. Сами же топили печку. Когда я очнулась, один из детей, четырёхлетний мальчик, умирал от воспаления лёгких, а местный маг отказывался бесплатно его лечить. Рун на оплату работы, естественно, у детей не было.

Я замолчала, сглотнув ком, вставший в горле. Воспоминания вызывали слёзы, но расплакаться при короле я не рискнула.