Ненавистная жена

Возможно, я еще успею вас разочаровать.

— А вот это уже оставь мне решать.

Я смолчала, а хозяйка дома продолжила:

— Твоя свадьба для нас с Пашей событие. Хотя ты и думаешь иначе, но поверь, это так! Ты — лицо нашей семьи и будь добра об этом помнить. Вот здесь, — она протянула руку и взяла со стола аккуратный кожаный бокс. Набрав на кодовом замке ключ, распахнула его и подвинула ко мне, — мои драгоценности. Серьги, кольца, колье… Все, что имеет хорошую цену. Я давно остыла к этой мишуре, так что смело выбери себе все, что тебе по душе! И платья, Марина.

— Мачеха оставила бокс в покое и шагнула к кронштейну. — Здесь нет белых, как ты и просила. Примерь все, я хочу посмотреть, которое из них тебе подойдет. Вся одежда от моих любимых дизайнеров, так что за качество можешь быть спокойна.

— Ольга Борисовна…

Плечи мачехи напряглись, и она резко развернулась.

— Я настаиваю! Помни, что ты — Корнеева! Об этой свадьбе будут говорить в городе, всем рты не заткнешь! Ты хочешь, чтобы нас высмеяли?!

Я покраснела, а может, позеленела — один черт! Как же они с отцом похожи! Она хотела сказать, и я услышала: «Ты не принадлежишь себе.

Хватит нам перечить. Точка!»

Кожу на висках стянуло от тихого гнева. Губы едва разомкнулись, но получилось сказать достаточно четко, чтобы меня услышали:

— Хотите продать меня задорого, да? Решили, у вас получится?

Но встретив холодный и спокойный взгляд, поняла: да, у них получится, пусть мне и хотелось во всем ошибиться. От бессилия упрямо повторила в сотый раз:

— Я — Томилина!

— Это ненадолго, Марина, — уже спокойнее ответила мачеха, но ее вердикт все равно больно задел гордость.

— И поверь, я не злорадствую, а жалею тебя, — сухо добавила она. — Пора идти дальше, девочка, а не жить воспоминаниями и кибер-миром. Все проходит и у всего есть свой срок, даже у горя! Я это знаю не понаслышке.

Пусть мы и не были с ней близки, но кое-что нас роднило. И это «кое-что», отразившееся в ее светло-карих глазах, не позволило мне уйти.

— Я не умею играть, Ольга Борисовна.

Как бы вы меня ни нарядили, мое лицо все выдаст — уверена, что лицо жениха тоже покажет, как он рад свадьбе. Если он, конечно, не притворщик. Пожалуйста, дайте мне просто быть собой. А дальше… Думаю, вы с Павлом Юрьевичем получите преемника, которого хотите.

Я ожидала, что мачеха будет со мной спорить, но она, подумав, согласилась.

— Хорошо. Но с одним условием.

— С каким?

— Все-таки это твоя свадьба, Марина, — сказала женщина тяжело.