Ненавистная жена

Это ад! Я больше не могу терять тех, кого люблю, и видеть их могилы. Яр, пожалуйста, — слезы текут по щекам Марины, когда она наклоняется, чтобы поцеловать мои онемевшие губы. — Я люблю тебя. Ты сможешь, ты сильный! Скоро будет помощь, обещай остаться со мной. Обещай!

Если это то, что позволит ей жить, то, клянусь, я это сделаю.

— Обещаю.

Марина встает на колени и сдергивает с себя кофту. Следом за ней футболку, оставшись в одном белье. Скомкав футболку, поднимает на мне одежду, открывая кровоточащую рану, и прижимает к ней комок.

Просовывает под моей спиной кофту с намерением перевязать рану. Затягивая узел, сердито приказывает приблизившейся к нам фигуре, которую я даже не пытаюсь рассмотреть.

— Хватит стоять и ныть, Анжела! После будешь просить прощения, иначе я тебя прокляну! Ярослав будет жить! Лучше открой настежь ворота и вызывай скорую — немедленно! И заткни этого идиота в кабинете, или я его сама пристрелю!

— Яр? — Марина переплетает свои пальцы с моими, кладет ладонь под мою голову и наклоняется, чтобы еще раз коснуться губами моей щеки.

— Пожалуйста… — просит негромко, — не уходи. У меня никого нет ближе тебя. Хочешь, мы назовем нашу девочку «Ярослава»? Говорят те, кто носят имя отца — счастливые люди. Она родится такая же синеглазая, как ты, и будет бегать за тобой по пятам. Ты дашь ей прозвище «маленький вихрь» и станешь млеть от розовых платьиц и дурацких игрушек, вроде плюшевых поросят. Конечно, твои друзья и фанаты наверняка станут над тобой потешаться, но тебе будет все равно, слышишь? А потом…

Марина говорит все время, удерживая мой взгляд и, кажется, я ей улыбаюсь.

— Я тоже люблю тебя, Королева, — отвечаю и неважно, что последние слова звучат в моем сознании. Пусть говорит, я очень хочу узнать, что будет потом.

Эпилог

МаринаВ больничной палате, в которой я провела последние десять дней, не так уж много моих вещей, но Ольга Борисовна все равно вызывается помочь мне со сборами, приехав в больницу этим утром.

На улице по-весеннему тепло, в молодых тополях за окном щебечут птицы, и солнце хорошо освещает комнату. Не заметить, как мачеха осунулась в последнее время, невозможно. Еще больше похудела и поседела, хотя все так же элегантно причесана и одета. Слишком много проблем одномоментно свалилось на ее плечи, тут у кого хочешь подкосятся ноги. И в некоторой степени я тоже была их частью.