Нелюбовь

Потому что Леша прижимается сзади близко, скалой нависает, перехватывает запястье и слизывает соус с моего пальца… И делает он это так неоднозначно, что я с трудом остаюсь на ногах. Дышать забываю, замираю в секунду, ни обернуться не могу, ни слова сказать. В животе сразу целый рой бабочек просыпается, сердце колотится в груди сумасшедшим ритмом, а Леша…

– Дай еще, – шепчет он на ухо, наклоняясь, мурашками всю мою кожу покрывая. По телу дрожь пробегает, я дергаюсь для самой себя неожиданно и чувствую, что крышу начинает срывать.

Леша давно понял, что я в сексе и я в жизни – это два разных человека. Но я просто не контролирую себя. Отдаюсь эмоциями на полную, позволяю им руководить мной, не перехватываю ситуацию в свои руки. Просто плыву по течению. И сейчас, когда я сдаюсь, я точно знаю, что это течение меня принесет куда надо.

Беру еще немного соуса, протягиваю руку назад и срываюсь на тихий стон, когда Леша берет в рот мой палец.

Стою, жду от него действий, хотя сама на грани того, чтобы наброситься.

Потому что внутри уже ураган бушует, вулкан, лава! Мне горячо и страстно, заранее вкусно.

Леша снова наклоняется к уху, осторожно убирает пару локонов, выпавших из пучка, и целует мочку, а потом плавно переходит на линию челюсти, перемещаясь на шею.

Боже…

Это буквально невыносимо. Я не представляю, как люди могут прерывать секс. Завестись, а потом передумать… Я не умею думать в эти моменты. Я просто получаю удовольствие.

– Вкусно? – шепчу я в полубреду, все еще пытаясь удержать себя в этой реальности хотя бы ненадолго.

– Ты вкуснее, – добивает меня Леша. Резко разворачивает и сразу целует. Глубоко, жарко.

Поцелуй со вкусом брусничного соуса и долгого одиночества особенно сладок. Несмотря на то что соус с кислинкой, а постоянное одиночество ощущается на языке горечью. Сейчас нам сладко. Так сильно, что мы буквально липнем друг к другу, словно медом измазанные.

Подтягиваюсь на руках, чтобы сесть на столешницу: Леша высокий, нам не слишком удобно целоваться.

Но он пресекает мою попытку на корню, обхватывая руками талию, приподнимает от пола и шепчет:

– Мы не будем трахаться на кухне, Даша.

Ты с ума сошла? Это святая святых. – Хохочет возбужденно и поднимает меня на руки. Всеми конечностями цепляюсь, целуя крепкую шею, и сама же от его запаха с ума схожу. Это немыслимо просто. Все, что происходит, – это словно чья-то шутка, вышедшая из-под контроля.

– Куда ты идешь? – спрашиваю я, когда мы выходим из кухни, хотя на деле мне все равно.