Нелюбимая

Иногда мне кажется, что было бы лучше сбежать с Сашей и пусть всё горит огнем. Не хотела превращаться в полную дрянь, поэтому сделала иначе, из-за чего теперь покой может только синиться.

Герман сегодня уехал на работу еще рано утром. Погода за окном была неважная, поэтому моя привычная прогулка отменилась. Я расположилась в гостиной и смотрела передачу, посвященную искусству. Сегодня выпуск был про художников-импрессионистов. Евгения приготовила для меня замечательную овсяную кашу с кусочками фруктов, и день уже по умолчанию стал чуточку лучше, чем обычно.

Во время рекламной паузы в гостиную спустилась Лариса, одетая в халат Германа. Я никак не отреагировала на ее появление. Пока еще в этом доме роль хозяйки принадлежит меня и вскакивать каждый раз, когда эта женщина появляется в поле моего зрения, я не собираюсь. Вообще в последнее время я пересмотрела многие свои взгляды на жизнь, поведение. И выражать свои протесты открыто теперь не считала нужным. На данный момент я несу полную ответственность не только за свою жизнь, но и жизнь ребенка, а это означает, что многие свои поступки нужно тщательно обдумывать, прежде чем совершать.

Лариса опустилась в кресло и поджала под себя ноги. Это был наш первый раз, когда мы вот так очутились в рамках одной комнаты на длительное время. Чувствую ее оценивающий взгляд на мне. Вероятно, мысленно прикидывает, могу ли я составить ей конкуренцию. Могу. Хотя бы потому, что обручальное кольцо находится на моем пальце, а не на ее.

— Я всегда знала, что придет момент и Герман женится на тебе, — вдруг заговорила Лариса.

— А если узнаешь, это что-то для тебя изменит? — совершенно спокойно ответила я вопросом на вопрос.

— Возможно. Я его расположения добивалась очень долго, а ты вот так запросто. Еще и ребеночка по-быстрому заделала.

— Завидуешь?

— Нет. Я своей свободой дорожу, мне дети вот вообще никак не нужны и брак тоже.

Мне вдруг стало смешно, но я сдержалась и только кратко улыбнулась.

— Если бы ты ценила свою свободу, то здесь тебя бы не было. Где свобода, там и гордость, но у тебя отсутствует и то и другое. И знаешь, мне тебя даже жаль.

Лариса много чего хотела мне сказать, это было заметно, но она сдержалась. Просто выдохнула, поджала губы и ушла. Мне ее мотивы неизвестны, непонятны, но сам факт пребывания этой особы здесь, наталкивал на некоторые подозрения.