Нелюбимая

Огонь успокаивал меня, но тревога, посеянная навязчивостью Саши, всё равно окончательно не хотела уходить.

— Вижу, что ты уже приняла свою новую жизнь в этом доме, — вдруг проговорила мама. — Правильное решение, дочка. Герман прям не ходит, а порхает.

Честно, я совсем не поняла, к чему мама это сказала.

— Главное усыпить бдительность мужчины, — продолжила она. — Выносишь, родишь, а там уже ребенок подрастёт и Герман не решится его отнять у тебя.

Ах, так вот в чем дело! Мама решила, что наша эта спокойная жизнь с Германом всего лишь игра, спектакль.

Вернее, здесь играю я, чтобы у меня не забрали ребенка. На такой долгий цирк у меня бы просто не хватило никаких сил. Конечно, я боялась, что Герман со мной именно так поступит, но потом между нами многое изменилось и я с ним потому, что искренне хочу этого, а не из-за каких-то целей."

"От маминого предположения стало невыносимо гадко. Мало того, что замуж насильно выдали, так еще и бросили в самый трудный для меня момент. А теперь вот на похвалу наткнулась, мол, молодец и самостоятельно работать умеешь.

Ужас какой-то!

— Мам, не говори чепухи, — прошептала я, чтобы Герман ненароком не услышал всего этого и не придумал себе невесть чего. Между нами ведь только-только всё наладилось.

— Понимаю-понимаю, — мать кивнула в сторону кухни. — Слишком много людей. Но ты всё сделала правильно, — она ушла, я глянула ей вслед и впервые в этой женщине не узнала свою собственную маму.



12.

Встретив полночь, а вместе с ней и Новый год, мы какое-то время посидели за праздничным столом, а затем перебрались в гостиную, поближе к камину.

Я и Герман заняли место на диване, Настя разместилась на широком подлокотнике кресла, в котором уже сидел Олег. Мои же мама с папой извинившись, ушли спать. Они давно привыкли ложиться в определённое время и если этого не случалось по каким-либо причинам, то выработанная за многие года привычка, всё равно не позволяла долго сопротивляться.

Герман любезно заварил всем нам зелёный чай и принес малиновый пирог, который испекла Евгения еще перед тем, как уехать домой к своей семье.

— Безумно вкусно, — нахваливала Настя десерт. — Боюсь, что через пару дней на мне ни одно платье не сойдется.

— Не беспокойся, я тебя любой буду любить, — Олег нежно поцеловал свою жену в плечо, а затем прямо из ее рук откусил пирог.

— Эй! Это мое, — беззлобно возмутилась Настя, но всё же позволила Олегу укусить пирог еще раз. — Мусь, повар у тебя просто замечательный.