Недотрога для плейбоя

Меня сейчас по-честному беспокоил только один вопрос: как не начать блевать в машине прямо сейчас. И ответа на него у меня, к сожалению, не было.

Глава 22. Под градусом

Единственным достижением этого ужасного вечера можно было считать то, что в машине меня все-таки не стошнило. Я дышала в открытое окно, и это как-то помогало сдерживаться."

"Зато в подъезде у Кирилла отвратительно пахло чем-то жареным (а, казалось бы, элитный дом!), и мое лицо моментально позеленело. Царев это заметил, и едва мы вошли в квартиру, тут же втолкнул меня в туалет:

– Вэлкам! Ни в чем себе не отказывай.

Но я как-то справилась сама. Было так хреново, что даже на стыд не оставалось сил. Потом кое-как умылась и выползла в коридор.

Кирилл оказался рядом, подхватил меня и помог добраться до кухни.

– Ела что-нибудь до того, как бухать начала?

Я отрицательно покачала головой. На большой перемене в столовую не успела, обошлась шоколадным батончиком. А потом было не до еды.

– Идиотка, – припечатал меня Кирилл.

Я скривилась и ничего не ответила. Говорить не было сил. Было плохо. Было стыдно.

– Ну кормить тебя сейчас особого смысла нет, – размышлял он вслух. – А вот сорбент надо дать. И жидкости побольше.

Царев заставил меня съесть какую-то гелеобразную гадость, а потом поставил передо мной большую кружку чая. И положил туда две ложки сахара.

– Пей. Выпьешь – еще налью.

Я послушно принялась пить. Выпила две кружки, а потом снова, зажав рот ладонью, побежала в туалет.

– Что ж, начнем сначала, – бодро сказал мне Царев, когда я вернулась, и налил мне еще чаю.

– А можно воду, – попросила я еле слышно.

– Можно. Все можно. И воду, и ремнем по заднице, – вздохнул он, налил мне воды, подумал и положил туда ломтик лимона, который достал из холодильника.

Я пила прохладную воду с едва уловимой кислинкой, чувствуя, как меня потихоньку отпускает. Да, я явно не была трезвой, но и так отвратительно, как до этого, мне уже не было.

Когда вернулся после второго раза, осмотрел меня критически и скомандовал:

– Теперь в душ.

– Ледяной? – говорить было уже проще.

– Нет, нормальный теплый душ. Иди, полотенце я там тебе положил.

Я долго стояла под струями воды, и мне действительно становилось легче. Легче физически, и хуже морально. Я натворила глупостей. Ужасных глупостей.