Недотрога для плейбоя

Но не могу гарантировать, что папа не захочет принять превентивные меры. В конце концов сын у него один. А вас, дебилов, много.

Они смотрели на меня, широко открыв рот. Я первый раз за все время нашего с ними общения упомянул отца. Конечно, одногруппники знали, кто он, но привыкли, что я не пользуюсь его именем, что для меня это зашквар. Но после сегодняшнего мне пофиг. И я буду использовать все доступные мне средства, чтобы поставить кое-кого на место.

– Вопросы?

Они замотали головой.

– В универе ни про меня, ни про Кристину не трепаться, ясно? Деньги жду сегодня.

– Будут, – с ненавистью проговорила Марго, – какая же ты все-таки сука, Царь.

– Слышь, чувак, ты понимаешь, что теперь у тебя нет друзей, да? – серьезно спросил Саня.

– А у меня их, судя по всему, и не было, – устало ответил я. – Выметайтесь.

– Крис, – я подошел к двери туалета и аккуратно постучал, – ты как? Они ушли.

Не дождавшись ответа, я постучал еще раз, а потом все-таки нажал на ручку и заглянул внутрь. Бледная, краше в гроб кладут, Кристина сосредоточенно умывалась.

– Мышонок, – попытался я коснуться ее плеча, но она вдруг отшатнулась от меня, как от прокаженного.

– Не трогай меня! – прохрипела каким-то не своим голосом.

– Малыш, они ушли, все в порядке, они к тебе больше не полезут – обещаю!

– Да похрен мне на них, – вдруг зло и четко сказала Кристина, уставившись в кафельную стенку, – и на тебя тоже. Чтобы вы все в аду сгорели, уроды. Ненавижу вас, тварей. Ненавижу.

Я опешил."

"– Крис, ты чего…

– Ты поспорил на меня? – она по-прежнему не смотрела на меня, её худенькие лопатки, обтянутые тканью дешевой футболки, мелко вздрагивали.

– Да, я же тебе писал, – начал было я, но щеку внезапно обожгло от хлесткой и неожиданно сильной пощечины. Крис замахнулась еще на один удар, но я перехватил тонкие, хрупкие запястья и подтянул упирающегося Мышонка к себе.

– Заслужил, признаю, но почему сейчас? Ты же сама сказала, что не злишься и тебе неважно…

– Когда я такое говорила? – закричала она.

– Я отправил сообщение! Я же все там тебе написал! – не выдержал я. – И ты приехала – поговорить!

– Я приехала, – тускло сказала Кристина, – потому что Марго сказала, что ты любишь меня и боишься признаться. И не надо врать про сообщение, ты же знаешь, что я потеряла телефон и никак не смогу это проверить.

Откуда-то снизу поднялась удушливая волна, стиснувшая горло. Во рту стало сухо и горько.