Нечестивые клятвы

Ренато держал револьвер с легкостью человека, привыкшего обращаться с огнестрельным оружием. Он прицелился в землю позади меня и нажал на курок два раза подряд. Один пустой щелчок, а затем хлопок. Выстрел был самым ужасающим из тех, что я когда-либо слышала. Я вздрогнула и согнулась в талии, моя реакция «бей или беги» кричала, чтобы я снова бежала.

— Конечно, нет. - спокойно ответил он, как будто я только что не наставляла на него заряженное оружие и не нажимала на курок. — Но я хотел увидеть, как далеко ты зайдешь.

Я тяжело сглотнула. Он поставил пистолет на предохранитель и убрал его. Я не думала, что снова смогу завладеть им. Его черные перчатки блестели в лунном свете над головой.

— А теперь? - спросила я, внезапно почувствовав усталость. Я боролась так долго – дни, недели, десятилетия – и вот, все кончено. Наконец-то, все закончилось.

— А теперь я знаю. - сказал Ренато.

Он уставился на меня, в его глазах появилось что-то новое, чего я не могла разгадать. Кто знал, о чем думает такой человек, как он? Его невозможно было предугадать, и я оставила попытки.

— Ты не собираешься в меня стрелять? Для чего перчатки? Задушишь меня? - пробормотала я. Из меня вырвался пронзительный смех. Мой голос звучал безумно, но прямо сейчас я ничего не могла с этим поделать.

Ренато наблюдал, как я хихикаю, хотя по моим щекам текли новые слезы. Он опустил взгляд на свои руки.

— Перчатки? Сегодня холодно.

Я моргнула и снова хихикнула, а затем разразилась приступом смеха. Истерика грозила поглотить мой разум, и я отказалась от борьбы.

— Так что дальше? Меня забьют до смерти? Я упаду с моста или с крыши отеля? Может, передозировка, это было бы красиво и чисто, не так ли? Жаль, что у меня нет истории употребления наркотиков...

Теперь я точно несла какую-то чушь, и когда я наконец закрыла рот, Ренато вздохнул.

— У тебя довольно мрачное воображение.

— Ты дал мне последний шанс, помнишь? Ввел маячок и ждал, смогу ли я сдержать обещание.

— И ты явно не собиралась делать это.

"В этот момент пассажирская дверь припаркованной машины открылась, и свет залил тусклый салон. Элио стоял в дверном проеме и наблюдал за нами. Я посмотрела мимо него внутрь автомобиля, и мое сердце больно сжалось.