Нечестивые клятвы

Но мы еще не закончили, - сказал я ей.

У нее сбилось дыхание, когда я устроился между её ног. Ее бедра и кровать вокруг нас были мокрыми от ее спермы, и это было чертовски восхитительно. Я хотел купаться в ней, трахаться в ней, жить, покрытый ее соками. Подтверждение моего стремления сделать эту женщину такой же одержимой мной, каким был я по отношению к ней.

Я погрузился в нее своим ноющим членом, не в силах вынести больше ни секунды пытки. Она была скользкой, горячей и такой тугой, что было трудно проталкивать себя.

Как только вошел до конца, я потянулся к ремешку вокруг ее губ и стянул его. Ее рот был красным и опухшим. Она захныкала, когда я слизал слезы с ее щек, а затем поцеловал ее."

"Я потерял себя в этом моменте, целуя женщину, которая украла мое сердце, когда я уже думал, что оно разучилось биться. Я целовал ее и трахал, пока она не кончила снова, сжимаясь вокруг меня, как тиски, и тогда я последовал за ней, изливая в нее сперму, помечая ее внутренности своими лучшими намерениями, надеясь, что мое семя проникнет глубоко и пустит корни.

Когда я выскользнул из неё под натиском белого, мои пальцы были там, проталкивая сперму обратно в её дырочку. Я обвел большим пальцем ее клитор, и она вскрикнула.

— Я не могу кончить снова, просто не могу, - Шарлотта отчаянно задыхалась.

То, как ее красивые, заплаканные глаза умоляли меня, было чертовски возбуждающе.

— Ты так мило просишь, anima mia, - сказал я ей, вдавливая в неё свои белые, скользкие пальцы, одновременно теребя ее клитор.

— Но я обещал показать тебе, что такое настоящий трах, а я беспощадный учитель.

Я наклонился и поцеловал ее, когда она снова кончила, заглушая ее крик. Мое дыхание было у нее во рту, мои пальцы - в ее киске, а мое имя - в ее сердце, именно там, где я и хотел.

Глава 26

Ренато

Клуб «Норт-Шор» был местом, где можно было встретить элиту Атлантик-Сити или засветиться перед ней. В основном, это были богатые старики, которые играли в гольф, щупали персонал и писали в кусты. Настоящая круговая порука привилегий и коррупции.

Все члены клуба так или иначе принадлежали мне. Я не был похож на своего отца, который смотрел слишком много фильмов и полагался на подход «лошадиной головы в кровати»24 к управлению бизнесом. Страх и угрозы могли работать только до определенного момента. Я предпочитал рычаги давления и гарантированное уничтожение. Мы не были похожи.

Людей, которые переходили дорогу моему отцу, избивали, а членов их семьи брали в заложники.