Нечестивые клятвы

— Как давно ты тут стоишь? - обвиняюще спросила я, встревоженная его теплым выражением лица.

— Некоторое время, - пробормотал мой муж и вошел в комнату. Он снял пиджак, демонстрируя черную рубашку. Она была расстегнута у горла, и из-за воротника виднелись его татуировки.

Мой взгляд задержался на длинных, мускулистых изгибах его торса. Мужчина был безумно сексуальным. Я не могла этого отрицать. Мой взгляд поднялся на его лицо, и его понимающая ухмылка заставила меня снова смущенно схватиться за книгу.

— Все в порядке, bambina. Мне нравится, когда ты смотришь на меня. Я тоже люблю на тебя смотреть, - заметил он. Он расстегнул еще несколько пуговиц на рубашке, оставив ее открытой, и я старательно избегала смотреть на его татуированную грудь.

Ренато направился к кровати в расстегнутой рубашке и черных брюках, низко сидящих на бедрах. Он остановился рядом со мной и просунул палец под атласную бретельку одного из новых пижамных комплектов, которые купил мне.

— Тебе идет, - задумчиво произнес он.

Я боролась с желанием заёрзать под его прикосновением.

— Если ты хочешь тратить свои деньги впустую, я не собираюсь тебя останавливать, - съязвила я.

Кровать прогнулась, когда Ренато сел на край рядом со мной и закрыл книгу. Я страдальчески вздохнула, глядя куда угодно, только не на него.

— Тратить деньги на мою жену - это не впустую. Ты заслуживаешь иметь хорошие вещи. Скажи мне, кто заставил тебя почувствовать себя иначе, и я преподам им этот факт, медленно.

Я пожала плечами.

— Жизнь научила меня этому, так что просто успокойся. Стрелять за это не в кого, спасибо, что спросил.

Рот Ренато растянулся в полуулыбке, которая была чертовски сексуальной. Он бросил взгляд на мои колени.

— Что ты читаешь? - он развернул книгу и приподнял бровь. — Государь. Макиавелли. Легкое чтиво перед сном, значит?

— В твоей библиотеке не так уж много романов, да и вообще книг на английском языке. - огрызнулась я. По правде говоря, меня привлекла эта книга, потому что она была одной из самых потрепанных.

Ренато поднял книгу и положил ее на прикроватный столик, а затем тихо произнес.

«...поскольку любовь и страх не могут существовать вместе, то если нужно выбрать одно из двух, куда безопасней быть устрашающим, нежели любимым.»

Он перевел взгляд на меня.