Роковой подарок

– Да не скучная она! Правильная, я же говорю! И не могла она Макса застрелить, ну, не могла, ты понимаешь? Он для неё смысл жизни!

– Она так его любила?

– Мань, чего ты как в пионерском лагере-то? Может, и любила, почём я знаю! Она ничем, кроме него, не занималась! Его гостями, его друзьями, его домом, его обедом! Чтоб у него дело шло!

– Ну, – сказала Маня, – это классика жанра. Жена ухаживает, муж растёт. Потом вырастает и меняет старую жену на новую. Максим не собирался, не знаешь?…

Роман посмотрела на неё, словно решался, сказать или нет, и… не решился.

– Я не знаю. – Он отвернулся, и Маня поняла: врёт.

Всё он знает.

Стало быть, портрет, засунутый в самую глубину выдвижного ящика, неспроста.

– Маня. – Роман с размаху селя рядом и допил из бутылки воду. – Послушай меня. Ты же мастер всяких… головоломок. Маня, ты должна найти убийцу.

– Здрасти-приехали.

– Маня, мы должны сами, ты пойми! Этот Раневский мальчишка совсем, его, должно быть, на это дело и кинули, потому что не жалко.

Маня подняла брови.

– Да, да, всякое может быть! Если я чего-то не знаю? У меня дети, Маня! И Юлька!

– А ты сам? – спросила писательница и прищурилась. – Ты не убивал его, Ромка?

– Сдурела?!

– А вдруг у тебя план захватить бизнес? Не половину, а весь, целиком?

– Маня! – Роман хлопнул ладонью по кожаному подлокотнику дивана.

– Что?

Он вдруг как-то сник. Помолчал и выговорил, морщась:

– Меня ведь тоже могут посадить. Если окажется, что у Жени алиби, следующий кандидат на нары – как раз я. Даже ты спрашиваешь, не собирался ли я захватить бизнес!

– Н-да-а-а, – протянула Маня. – Но из меня сыщик аховый, Ромка. Я только в книжных убийствах разбираюсь.

– Ничего, в этом тоже разберёшься.

Они посидели молча.

– Что у тебя с ногой? – рассеянно спросила Маня.

– А?…

– Вон, нога забинтована, ты что, упал?

– На корте полез за мячом и о проволоку ободрался.

– Понятно.

И они ещё посидели.

– У Максима есть ещё родственники, кроме жены и детей? Родители? Может, тётя с дядей?

Роман какое-то время вспоминал.

– Брат есть, что я точно знаю. Они почти не общались вроде, он сидел по малолетству, а может и не только по малолетству.