Небо над бездной

— Нет нет, — спохватился профессор, — я не о том, я уже понял, за границу мне путь заказан. Я имею в виду, отпустите меня сейчас домой, мне нездоровится.

— А, конечно, у вас усталый вид, вам надо отдохнуть, замучились вы со мной. Ну, ступайте, выспитесь хорошенько. Погодите! У вас ведь внук маленький, вон там, на полке коробка. Возьмите. Игрушечный «Роллс Ройс», очень тонкая работа. Красин привез из Лондона, я хотел вам отдать для внука, да запамятовал. Возьмите. У него ведь скоро день рожденья.

День рожденья у Миши был двадцать шестого октября, а сейчас февраль.

В прихожую вышла Крупская проводить его, принялась расспрашивать, он коротко ответил, что был небольшой припадок, но удалось купировать, сейчас все в порядке.

— Вы плохо выглядите, — заметила Крупская.

— Да, Надюша, не одну тебя я извожу своей проклятой хворью и скверным характером, — раздался голос Ленина.

Он тоже вышел проводить профессора, стоял, кутаясь в старую шаль, хитро улыбался и, прежде чем за Михаилом Владимировичем закрылась дверь, успел картаво крикнуть:

— А пулю вытаскивать будете все-таки вы, батенька, другому никому не дамся, другой зарежет обязательно! С превеликим удовольствием зарежет!

Вуду-Шамбальск, 2007Соня молча сидела перед приборами. Ей казалось, что прошло всего несколько минут, на самом деле уже давно стемнело, был поздний вечер.

— Ну, мы поедем наконец? — спросил Дима.

— Да, сейчас.

Пальцы ее быстро забегали по клавиатуре. Дима терпеливо ждал еще полчаса. Наконец Соня принялась выключать приборы, убирать пробирки, плошки, стеклышки. Она двигалась медленно, вяло, не произнесла ни слова и на вопрос Димы: «Тебе помочь?» — только помотала головой.

Он смиренно терпел ее молчание. Она обещала, что все объяснит, когда сможет, и просила не задавать вопросов.

Кабинет Орлик оказался заперт.

— Входи, открыто! — ответил веселый голос Фазиля.

Они очутились в маленькой комнате, удивительно уютной и обжитой. Диван, накрытый клетчатым пледом, обшарпанный старый буфет, круглый стол, синий абажур настольной лампы — все это никак не вязалось с унылыми казенными корпусами, бескрайней степью, кафелем и цинком лаборатории.