Неангел-хранитель

И это так болезненно сводит грудную клетку, что мне вдруг становится страшно за себя.

Какой-то неизвестный мне человек за несколько дней научился управлять моими чувствами, настроением и сделал эмоционально зависимой от себя. Это, наверное, ненормально… Я же каждые полчаса проверяю этот чёртов телефон!

Кто он?

Почему не предлагает встретиться?

Это же логично, вообще-то!

Макс садится внутрь.

– Ника, у тебя другой мужчина? Поэтому ты рвёшь всё между нами?

– Не поэтому.

– Но… он есть?

– Нет.

– С кем ты сейчас переписывалась?

– Какая разница?

– Есть разница! Я хочу понять: дело во мне или дело в тебе.

Отбирает телефон.

– Макс!

– Нет, я просто не понимаю…

Вводит мой нехитрый пароль. Телефон открывается сразу же на странице с перепиской. Мои щёки вспыхивают!

– Мхм… – просматривает он наши переписки. – Беркут. Это кто?

– Да я не знаю… – от неловкости начинаю мямлить.

Какого вообще?!

– Верни телефон! – пытаюсь забрать его.

– Нет, – отталкивает мою руку. – Не знаешь? – зло ухмыляется. – И стихи ему не ты отправляла?

– Это не твоё дело!

– Ошибаешься! – нажимает на дозвон.

Мне кажется, я вспыхиваю до кончиков волос и осыпаюсь пеплом!

Нет-нет-нет…

Но Беркут не отвечает на вызов.

Макс зажимает иконку микрофона и наговаривает голосовое:

– Слышишь, чувак, ты тут имеешь борзость моей невесте писать, так имей борзость за это ответить. Возьми трубку.

– Макс, хватит!!

– Прослушано, Ник! – демонстрирует мне экран.

Снова зажимает микрофон:

– Тогда свободен! – вальяжно. – Не надо сюда больше написывать. Ника в таких робких юношах не нуждается.

Быстро скользя пальцами по экрану, ставит Беркута в блок.

Какая ужасная ситуация!

– И вот ради этого, Ник, ты разорвала наши отношения? – брезгливо.

– Дай телефон, – вздыхаю я.

Пренебрежительно протягивает. Выхожу из машины. Иду по обочине по направлению движения. Внутри пусто и противно от всего этого. И – да, мне неприятно, что Беркут не ответил.

– Ника, сядь, – догоняет меня на машине Макс.

– Оставь меня в покое.

– Ника, сядь! Твой отец порвёт меня за эту твою выходку. Не пойдёшь же ты до города пешком?!

– Вот и пусть порвёт.

Я вдруг понимаю, что больше не хочу общаться не только с Максом, но и с Беркутом.