(не)твоя дочь

Понимаешь?

Он подходит вплотную. Я слышу его частое дыхание. Даже ощущаю аромат карамельных конфет, с которыми мы недавно пили чай.

И его губы совсем рядом.

Так близко, что захватывает дух.

Его энергетика.

Его взгляд.

Воронцова становится слишком много рядом со мной.

Со всех сторон.

Его руки ложатся мне на плечи, гладят шею, зарываются в волосы. Я тону в серо-голубом, цвета грозового неба, взгляде, который из раздражённого вдруг становится ласковым. Манит к себе неподкупной заботой и обещанием чего-то большего.

Настоящего.

Денис робко касается моих губ своими, обводит контур языком, вызывая сладкую толпу мурашек по всему телу. Обжигает дыханием.

Я попадаю в его плен ровно на несколько секунд. Теряю землю под ногами, забывая, что надо дышать. Отзываюсь натянутой струной.

Я всегда слишком остро реагировала на его близость. Не так, как с другими мужчинами. Стоило ему меня коснуться – и я вспыхивала подобно спичке. Как по волшебству. Как запрограммированная.

И сейчас.

Всего на пару мгновений, но я проявляю слабость, забывая о реальности.

Которая, как в наказание, гранитной плитой рушится мне на плечи от звука мелодии домофона, заставляя вздрогнуть и выдохнуть испуганно.

– Не понимаю. А как же жена? – срывается раньше, чем я успеваю подумать и поймать хмельной взгляд Дениса.

– Яна? – слышу удивленный голос Ники, которая стоит в подъездных дверях и удивленно таращится на нас, как на привидение.

Глава 23

– Яна? Воронцов? Вы… как? Вы чего здесь делаете? – этот ненавистный голос кувалдой бьет по темечку, взрывая в голове невидимые заслонки и возвращая меня на мгновение в прошлое.

В то прошлое, которое я отчаянно пытался забыть, стереть, удалить из своей памяти. Которое ненавидел всей душой. Из-за которого бежал сам от себя.

Я стараюсь как можно реже вспоминать свой период взросления. Несмотря на то, что понимаю: через это проходят все подростки.

Я был далеко не послушным ребенком, знаю. И матери было трудно найти со мной общий язык. Возможно, сказалось отсутствие крепкой руки отца, а мать как авторитет в силу возраста я не признавал.

В какой-то момент все вышло из-под контроля. Перевернулось с ног на голову.