Не верь мне

Шелковое, невесомое, персикового цвета платье…

— Боже, — выдохнула, аккуратно достав его. — Какая красота, — невольно залюбовалась вышивкой на лифе, провела ладонью по изумительно тонкой практически филигранной работе.

Вопреки всему, вопреки недавним мыслям и бегущей по венам вместе с кровью злостью, захотелось почувствовать шелк кожей. Никогда раньше я не то что не прикасалась к подобным вещам — видела-то только в красивых фильмах.

Но как же было велико мое желание пойти наперекор Громову и лечь спать.

Заставить его понять, что не всегда его желания будут беспрекословно исполняться. Мной так точно.

После недолгих раздумий, я выбрала нечто среднее: платье примерю, но вниз спускаться не буду. Полюбуюсь собой в зеркале, приму душ и отправлюсь в постель. А Громов… пусть сидит и ждёт, сколько терпения хватит.

Вполне удовлетворенная собственным решением, я стянула свитер, джинсы и снова взяла в руки платье. Подошла к зеркалу и аккуратно надела. Оно тут же заструилось по животу, по бедрам.

Доходящее мне ровно до колен, платье сидело так, будто было сшито по мне. Но главным был не делающий акцента на животе фасон. Живота как будто вообще не было заметно, если не знать о нем.

— Как принцесса, — зачарованно уставившись на собственное отражение, я погладила шелковый подол. Поправила короткие рукава и повернулась на носочках. Юбка взметнулась в такт моему движению, по ногам прошелся поднятый ею чуть ощутимый ветерок. На спине платье застегивалось на ряд маленьких пуговичек, и я, как ни пыталась, дотянуться до некоторых так и не смогла.

— Ну и ладно, — сдавшись, улыбнулась отражению. — И так красиво.

— Красиво.

Я резко обернулась и увидела на пороге Олега. Да, думать о том, что я смогу выиграть у него даже в этом крохотном бою, было слишком самонадеянно.

— Это моя комната, — вскинула голову.

— Это моя комната, — лениво возразил Олег. Он так и стоял в дверях, не делая попыток подойти. — Так же, как и весь этот дом. Поэтому… — многозначительно замолчал.

Прошелся по мне взглядом, таким пристальным, ощупывающим, что я будто ощущала его прикосновения, хотя он и не думал меня касаться. Бедра, ноги, живот, грудь…"

"— Размер подошел, — удовлетворенно проговорил Громов, оставшись, вероятно, довольным увиденным, и направился ко мне.

Я съежилась, боясь сделать даже шаг. Смотрела на него с ожиданием.

— Повернись, — приказал, подойдя.

Я повиновалась. Стоило его пальцам коснуться спины, я вздрогнула.