Не верь мне

За это время жизнь будто ушла из этого дома. Как будто то темное, что жило внутри его хозяина, выбралось наружу и укрыло всё мрачной тенью. Наверное, мне стоило все же послушать Инну, предложившую съездить к Олегу вместо меня и собрать мои вещи. Одежда мне была не так нужна, как фотография мамы… Но я же решила быть сильной. А сильные не перекладывают свои проблемы на чужие плечи. Тем более, на плечи беременной подруги, которой в последнее время и без этого досталось больше некуда. Поставить точку в этой, так и не дожитой до хеппи энда истории, никто кроме меня не мог.

Поэтому, оставив уже набравшуюся сил дочку под присмотром медсестер, я поехала к Олегу сама.

Звонить ему я не стала. В тайне надеялась, что его не окажется дома, и я смогу уехать до его возвращения, однако… Отперев дверь все еще лежавшим в сумочке ключом, вошла в гостиную и в тот же миг наткнулась на сидящего на диване Олега.

Слишком много надежд за последнее время, и эта — не застать его, увы, оказалась напрасной.

Почувствовав мое присутствие, Олег медленно повернул голову и спокойно, без эмоций спросил:

— Ты что-то забыла?

— Здравствуй, Олег, — остановилась напротив него в паре шагов.

— Я бы хотела забрать свои вещи.

— Пожалуйста, — все так же безэмоционально, махнув рукой в сторону лестницы."

"Он изменился. Осунувшееся лицо, многодневная щетина, волосы отросшие и растрепанные. В пальцах закололо от желания коснуться его щеки, убрать со лба темную прядь. Я с силой сжала руку в кулак, мысленно ругая себя за слабость. Он смотрел не на меня, — будто бы сквозь меня.

— Спасибо, — кивнув, я направилась к лестнице, но все же не удержалась от вопроса:

— С тобой все в порядке?

— А что со мной будет, — тряхнул головой, не глядя в мою сторону. На губах его появилась кривая, саркастическая усмешка. Появилась и тут же исчезла.

— Где Ирина?

— Я её уволил.

— Понятно, — выговорила, подавив желание спросить, почему.

Что-то было не так. За то время, что прошло с нашего последнего разговора, Олега я больше не видела. Ко мне приходил Давид, но разговаривали мы только обо мне и Янке.

Я не спрашивала, а сам он об Олеге не обмолвился ни единым словом. Будто того совсем не существовало, будто ничего между нами с ним не было, будто он не имел ко мне никакого отношения. Единственное, что напоминало о нем — бесконечные букеты алых роз, что приносила медсестра. Алых, ароматных, живых… И как бы ни было мне тяжело от того, что они безмолвно шептали мне о нём, попросить убрать их из палаты я не могла.