Не сотвори себе вампира

Что было дальше?

– Мы чудом друг друга не угробили. И вас – тоже.

– Подробности?

Я пожала плечами и пересказала все свои ощущения. Добавив и внезапный приступ слабости. И выводы Мечислава. Надя выслушала – и от души резанула ножом по живому.

– Ты – дура, а твой вампир – козел и сволочь. И я ему сейчас об этом скажу!

– Надя!

Бесполезно. Подруга вылетела за дверь. И остановить ее не смогла бы и Великая Китайская стена. Я вылетела вслед за ней. Мечислав – это вам не Дюшка. Хотя и тому я бы не осмелилась хамить.

Вампиры сидели в гостиной. Я обратила внимание, что Даниэль тоже выглядел изрядно потрепанным. Такое ощущение, что его пыльным мешком отлупили. Но на лице никаких следов не было. Мечислав выглядел спокойным и прекрасным, как и всегда – этакая картинка из журнала о тяжелой жизни простых британских аристократов. Надя подлетела к нему.

– Что вы себе позволяете, черт вас дери?! Кто вам разрешил проделывать такое с моей подругой?!

Вампир даже бровью не повел.

– Ваша подруга не возражала.

– Мало ли что она не возражала?! Вы воспользовались ее растерянностью! Как у вас только совести хватило?!

– При чем здесь моя совесть?

– Действительно! При чем здесь то, чего у вас нет?! Так вот! Можете катиться к черту! Юльку я с вами больше не отпущу! Хватит!

– Надя! – возмутилась я.

– А что – Надя?! Что – Надя?! – завелась подруга, с пол-оборота накидываясь на меня. – Ты что – не поняла?! Этот козел тебя просто использует! И запросто подставит! Никуда ты не поедешь! Здесь, со мной, безопаснее!

– Здесь, с вами, далеко не безопаснее, – спокойно отозвался Мечислав. – Что вы сможете сделать, если вас найдет Андре? Хамить ему, как и мне, в лицо? В отличие от меня, он не настолько милостив и всепрощающ.

Мечислав встал и сделал несколько шагов к подруге.

– Вырвете мне глотку или просто выпьете до дна, как какой-нибудь вурдалак?

– Я подумаю. И учтите, Юле позволено многое из того, что не позволено вам. Или Даниэлю. Кто бы ни оказался ее хозяином, он – или она – не станет причинять госпоже Леоверенской никакого вреда. Вы же не будете ломать машину, на которой ездите. Вы будете холить ее, лелеять, заботиться…

– Юля – не машина, – огрызнулась Надя.