Лютая

Борг с интересом поглядел на колесо в руках жены и спросил:

– Я хочу помочь. Что мне надо делать?

***

Ярд смотрел на человека, валяющегося у него в ногах, с безразличием. Новости, которые тот принес, конечно же, заинтересовали вождя всех кочевников, но он не намеревался показывать это.

– Говоришь, – произнес он, медленно размыкая губы, – эти люди под защитой бога?

– Да, да, владыка, – закивал мужчина. – Хищник. Зверь, большой, огромный!

– Бог не может быть зверем, – Ярд сказал это так, словно сам лично видел когда-то бога и имел представление о его возможностях.

– Но…

– Вы ошиблись. Струсили. Сбежали, – слова падали как камни, заставляя мужчину на коленях вздрагивать.

Подняв взгляд на стоящих неподалеку воинов, Ярд кивнул. Мужчина крупно вздрогнул, будто все моментально понял. Его увели, не давая даже пальцем коснуться вождя. Что с ним стало дальше, Ярд не знал, да и не спрашивал никогда, в ту же минуту выбросив донесшего новости человека из головы.

Встав, он прошелся по дому, размышляя.

Желая удовлетворить свое любопытство, он приказал собирать людей. Он пойдет сам и все узнает. А еще уничтожит это племя. Нельзя оставлять непокорных в живых. Все должны почитать их божество, верить и склонять голову перед теми, кто донес до них, ничтожных, великую правду.

***

После того как племя покинуло гору и поселилось на побережье, прошло три года.

Они выглядели так, будто внезапно перескочили несколько тысячелетий эволюции. Александра не поверила бы, что такое возможно, но она сама своими глазами видела эти изменения.

Признаться, ощущала она себя так, будто наблюдает за становлением своего ребенка. Иной раз, когда кто-нибудь делал что-то, чему она не учила, ее буквально разрывала гордость.

Все в племени хорошо знали, благодаря кому они смогли настолько сильно вырваться вперед. Уважение людей Саша принимала, но больше всего в этой ситуации ее радовала еще одна едва уловимая глазом перемена.

Человек, который не знает, куда смотреть, вряд ли бы понял, но ее изначально очень сильно волновала данная проблема, поэтому ей волей-неволей приходилось обращать на нее внимание.

Все дело в отношении мужчин к женщинам.