Лютая

Если Хугун все-таки отправит нам помощь, то они не смогут пройти мимо кочевников тихо. Между ними может разгореться драка.

– Ты права, – Борг нахмурился. – И что будем делать?

Саша задумалась. Если соседи все-таки придут, то, как только наткнутся на кочевников, начнут драться. И им придется прийти на помощь. Не смогут же они оставить своих союзников один на один с врагом? Они выйдут за пределы стен и ввяжутся в бой. А это значит, что будут потери, которых можно было бы избежать. Кочевников много, но они с Боргом собирались постепенно, благодаря всевозможным диверсиям, уменьшить их численность.

– Надо подумать, – произнесла она, пытаясь найти выход.

***

Борг смотрел на жену хмуро. Ему совершенно не нравился план, который она ему предложила.

– Нет, – сказал он резко.

На самом деле, он отказал уже в третий раз, но его женщина оказалась очень упрямой.

– Я сильная! – Саша начала слегка злиться.

– У нас достаточно сильных людей.

– Я просто пойду верхним путем, – настаивала она, не понимая, почему муж так сильно беспокоится.

– Не ты одна прошла полное слияние, – Борг посмотрел на нее рассерженно. – Любой из них может выполнить это задание.

– Но…

– Твоя звериная форма достаточно заметна.

– Но я могла бы пойти ночью!

Борг тихо вздохнул. Подойдя ближе, он обнял ее и поцеловал в макушку.

– Вот зачем ты упрямишься? – спросил он тихо. – Я знаю, что ты сильная, но это может быть опасно.

– Как ты не понимаешь, – Саша тоже вздохнула, с удовольствием обнимая мужа в ответ.

– Объясни, – попросил он.

– Все дело в праве мужчины, – с легким выдохом призналась она. Борг немедленно нахмурился, не совсем понимая, о чем речь. Саша, собираясь с мыслями, посмотрела в сторону невидящим взглядом. Несколько секунд спустя она снова глянула на мужа. – Это сложно. Ты же знаешь, как мужчины относятся к женщинам?

Борг кивнул. Он действительно знал.

Ему не мешало, что другие мужчины относятся к своим женщинам так, будто те вовсе не люди. Главное, что к его близким людям они проявляли уважение.

– В свое время мне удалось отстоять право мужчины, – продолжила Александра. – Я могла ходить на охоту, могла участвовать в совете. Никто не мог смотреть на меня свысока. Понимаешь?

– Конечно.