Лютая

Для этих целей Саша взяла шесть более толстых сердцевин. В трех посередине сделала с помощью ножа прорези (откровенно говоря, было очень трудно, два прута в процессе испортились), остальные три вставила в эти разрезы. Получился крест. Ей пришлось укрепить его с помощью более тонкого прутика. После этого она развернула палки веером. Вышло что-то похожее на спицы в колесе велосипеда.

Ветки были чуть более гибкими, чем необходимо, но Саша надеялась, что они немного подсохнут и станут прочнее. Скручивая вокруг спиц один прутик за другим, она достаточно быстро сделала донышко.

Осторожно отрезав лишнее (опять пришлось потрудиться, так как нож был довольно тупым), она закончила работу и придирчиво ее осмотрела. Выглядело несколько косо и слишком вогнуто. Кроме того, дно не имело нужной крепости. Конечно, оно не напоминало сплетенное из веревок, но все-таки Саше казалось, что все должно быть более твердым.

После этого Александра задумалась, как ей добавить стойки – прутья, с помощью которых она сделает стенки корзины.

В памяти ответа на этот вопрос не нашлось. В конечном итоге у нее кое-как вышло прикрепить ко дну несколько прутиков. Правда, они были слишком мягкими, поэтому Саша подвесила донышко, отчего каркас свисал вниз. После этого она закрепила мягкие прутья, чтобы они в процессе не слишком сдвигались в стороны, и начала оплетать. Постепенно будущая корзина приобретала знакомые очертания.

Она сомневалась, что делает все правильно, но подробной инструкции под рукой не было, поэтому приходилось импровизировать.

В конце она сплела ручку и добавила ее к своей работе. Все получилось достаточно шатко, и Александра сомневалась, что корзина выдержит большой вес и не развалится. Ровно стоять плетенка не могла, ее постоянно вело в сторону. Происходило это не только из-за общей кривобокости, но и из-за слишком мягких материалов.

Повздыхав немного, Саша оставила корзину в покое, надеясь, что после просушки та станет более жесткой.

Стоило ей отойти от своего шаткого творения, как Хатия немедленно подобралась к корзине ближе и принялась рассматривать ее со всех сторон.

Даже присела, заглядывая внутрь – корзина до сих пор висела кверху донышком. Несмотря на сильное любопытство, трогать женщина ничего не стала, явно опасаясь что-нибудь сломать.

– Что это? – спросила она у Саши, хмуря брови.

– Корзина, – коротко ответила Александра. – Ну, по крайней мере, ею должна быть, – пробормотала она тихо по-русски. Слова звучали необычно, с сильным искажением.