Не покидай

Как стереть предыдущие страшные воспоминания? Я чуть не струсил, чуть не отказался это делать — и будь что будет. Он как будто почувствовал, сказал: «Эль, я никогда раньше, до прилета на Венгу и до тебя, не думал, что буду заниматься любовью с мужчиной, буду сверху и буду стараться доставить ему удовольствие. Я очень надеюсь, что ты меня не просто терпишь, что тебе нравится. А сейчас у тебя все получится, главное, что мы оба этого хотим».

Конечно, я хочу! Это одно из самых запретных, хотя и нечастных моих желаний.

И что мне делать с Кристианом, чтобы он потом не пожалел о своем решении? Похоже, отговорить его не удастся. На свой страх и риск, буду просто действовать быстро, как бы ни хотелось мне пролить удовольствие.

— Не передумаешь? — без особой надежды спросил я. Крис отрицательно мотнул головой. — Ну, тогда наш вариант: «быстро всунул и высунул».

Красивый, экзотический, желанный, непредсказуемый и иногда непонятный, несмотря на столько лет рядом… Первый муж моей жены и госпожи.

И тут, словно опровергая все сказанные слова, меня накрыло: я сжимал его в объятиях и твердил что-то вроде:

— Я тебя люблю, я очень тебя люблю… вы с госпожой — это лучшее, что было и есть в моей жизни! Не заставляй меня сейчас быть насильником, я хочу сохранить сказку о том, что однажды тебе понравится, что я сумею это сделать… Но не сейчас, ты не хочешь сейчас и тебе страшно, меня не обманешь…

— Не надо, Эмиль, я не знала, что это для тебя настолько серьезно, — госпожа присела рядом и погладила меня по лицу.

Ты сломаешь не его — себя. А Крис, по-моему, просто на одном упрямстве держится.

Крис тем временем тоже принял нормальную позу, сел на ковер и подгреб меня ближе:

— Ну и ладно… раз вы меня считаете нежной фиалкой, я ею и буду.

***— Мальчики, а я зря, что ли, на вас смотрела? — как-то очень опасно улыбнулась Анита. — Я тоже хочу.

— Что хотите, госпожа? — с готовностью откликнулся Крис, стряхивая остатки своих мыслей. — Кого?

— Выбрать не могу, — развеселилась Анита, — хочу обоих.

— Как это? — Кристиан удивился всерьез.