(не) получишь меня, Дракон! 2 (СИ)

Или: “Пытайте Мариано, профессор Такер, он знает, потому что читает мысли”.

Моё молчание дракона не устраивает, и он продолжает допрос:

— Сама посуди, твоя национальная одежда довольно необычна. И артефакт интересный, жаль, перестал работать, — и он достаёт мой смартфон и кладёт на стол!"

"Приплыли. Отнекиваться бесполезно. Чернушка переползает с плеча по руке, прыгает на стол и заинтересованно оглядывает телефон. Ей любопытно, а вот у меня сердце колотится и ладони потеют.

— Я… — прочищаю горло и продолжаю.

— Издалека.

Не могу, мне сложно это сказать! Какая-то часть меня тянется к Такеру, хочет довериться, попросить помощи, но другая часть приходит в ужас от этих мыслей. Иногда лучше уж полагаться только на себя.

Дракон безотрывно смотрит на меня, поощряя продолжать.

— Очень издалека, — тихо говорю я. — Из такой дальней страны…

Усиленно вспоминаю географию этого мира, но в голову ни одна страна не приходит. Меня спасает яичница. В смысле, нам приносят заказ и ставят на стол.

Такер благодарит улыбчивую женщину, а я сразу берусь за вилку и нож. Отрезав большой кусок яичницы с беконом, засовываю его в рот и закусываю хлебом. Вот она — причина не отвечать на вопросы! Желудок со мной согласен: еда важнее.

Дракону приходится убрать мой смартфон обратно в карман, чтобы он не привлекал излишнего внимания и не мешал тарелкам и чашкам. Такер смотрит, как я уплетаю яичницу, и решает отложить разговор и взяться за свою. У меня есть отсрочка.

А я действительно была очень голодной.

Так увлекаюсь, что под конец забываю о допросе. Хрустящий свежий хлеб, поджаренные до корочки кусочки бекона и, чёрт возьми, обыкновенное яйцо без приправ — в сочетании всё вместе заставляет меня довольно жмуриться и наслаждаться. Только когда делаю последний глоток горячего облепихового чая, сладкого с приятной кислинкой, вспоминаю, что отсрочка кончилась. И что я ему скажу?

Но Такер не торопится продолжать допрос. Он придвигает ближе ко мне стакан с чем-то очень неаппетитным на первый взгляд.

— Ты должна это выпить.

— Я сыта, спасибо, — вяло пытаюсь отказаться я, понимая, что если надо, то Такер не мытьем, так катаньем заставит это сделать.

— Или пьешь сама, или я в тебя это вливаю, — подтверждает мои мысли куратор.

Я морщусь, делаю глоток, а потом понимаю, что это нечто не только на вид ужасно, но и на вкус, поэтому вливаю отвар в себя, а потом старательно прикрываю рот рукой, чтобы это все не вышло обратно.