Не отпусти нас

Роскошная просторная квартира, принадлежащая ее мужу, была такой же холодной, как и их чувства друг к другу.

Почти ноябрь. В Москве зарядили ледяные дожди. Пасмурно, мрачно. А скоро начнутся заморозки.

Осень всегда ее тяготила. Она навевала мрачные мысли, от которых в остальные сезоны Полина спасалась на солнечных курортах. Но сейчас дорога на курорты была закрыта. Прикованный к больничной койке отец требовал от нее круглосуточного внимания.

Не было в этом мире человека, которого Поля ненавидела бы сильнее, чем родного отца.

Когда ей исполнилось восемнадцать, зарубежное модельное агентство предложило ей заключить выгодный контракт. Отец был категорически против.

И тогда Полина сбежала из дома.

Несколько месяцев ей удавалось водить за нос отцовских ищеек.

Вырвавшись из-под опеки, Полина бросилась в омут с головой – влюбилась без оглядки в одного из русских спонсоров модельного бизнеса. Случился просчет – так часто бывает, когда в омут с головой.

А потом отец ее нашел.

Она до сих пор в мельчайших подробностях помнила тот день, когда ее привезли в клинику. Как тащили по полу – рыдающую, извивающуюся, умоляющую сохранить жизнь ее малышу…

Полина пролежала в больнице целый месяц. Стоило остановить кровотечение – и оно открывалось вновь.

Она помнила тот день, когда ее вернули в отцовский особняк и приказали выйти замуж за совершенно чужого ей человека. Взрослого, холодного и безразличного бизнесмена Владимира Метелина.

Сломанная и запуганная, она молча согласилась.

В первую брачную ночь Полина взяла с собой в спальню острый нож. Она была готова убить собственного мужа. Мысль о том, что ей до конца своих дней придется делить брачное ложе с чужим мужчиной, сводила ее с ума.

Но Метелин к ней не прикоснулся. Он взглянул на юную запуганную жену, сидящую на краю постели в безумно дорогом свадебном платье, и тяжело вздохнул.

Она вздрогнула от его взгляда, и нож выпал из-под платья на мраморный пол.

– Не трудись, холодное оружие тебе не понадобится, – Владимир насмешливо покачал головой. – Я не имею привычки принуждать к чему-то против воли. Доброй ночи, Поля.

И вышел, громко хлопнув дверью.

Она помнила, как ее трясло.