Не отпусти нас

– Было очень приятно с вашей стороны, Анисат Амановна. Надеюсь, вы присмотрите за домом в мое отсутствие?

– Конечно, Владимир Георгиевич! Как же можно оставить дом без присмотра? Я столько лет жила здесь с вашей мамой! Она так хотела, чтобы в доме бегали маленькие внуки… Жаль, так и не дождалась.

Анисат печально вздохнула.

– Очень жаль, что я не успел порадовать ее внуками, – Метелин помрачнел. – Об оплате не волнуйтесь, все останется по-прежнему.

– Спасибо, Владимир Георгиевич.

Благодарно улыбнувшись, она скрылась на кухне.

Метелин включил свет в гостиной и посмотрел на чемоданы. До отъезда оставалось совсем немного времени, а перед глазами стояла Надя. В ушах до сих пор звенел хрустальный смех ее дочек.

«Лучше уезжай. Иначе, боюсь, мы наломаем дров…»

Ему до боли не хотелось уезжать. И как же Надя права! Если он останется здесь, его брак, шитый белыми нитками, затрещит по швам.

А еще этот дорогой дизайнерский букет от Шерхана! Метелину ли не знать, что Шерхан Омаров никогда в жизни ничего не делал просто так? Тонко и завуалированно он дал Наде понять, что его выбор пал на нее.

Внутри все сжалось от глухой ярости. У Метелина были свои дела с Шерханом. Меценат Горбушин, отец Полины, настойчиво просил Метелина продать Омарову «Гранд».

«К чему тебе отель, Вова? Ты ведь в родном краю почти никогда не бываешь! У земли должен быть хозяин! А какой ты хозяин, если ты всегда здесь, в Москве? А Шерхан ту землю любит. Продай ему „Гранд“. Это не просьба, это приказ, Вова.

Метелин уступил. Слишком близко была Надя к «Гранду», чтобы упрямиться.

И вот уже месяц специально обученные люди Омарова пытались договориться с управляющим делами Метелина о продаже части мест в торгово-развлекательных центрах края.

«Как же так? Хотел ее уберечь, и не получилось! Нельзя, ни в коем случае нельзя, чтобы Надя стала пешкой в его грязных играх! Вряд ли у нее проснется интерес к мужчине вдвое старшее нее самой…» – вертелись в голове тревожные мысли.

Нет, нельзя ему сейчас уезжать. Никак нельзя. Нельзя оставить Надю одну, без защиты. Особенно теперь, когда у нее есть две маленьких дочки. Что сделает с ними Омаров, если Надя откажется от его знаков внимания?

«Какие чудесные у нее девочки… чьи они? Отчего она ведет такой затворнический образ жизни и никого к ним не подпускает?»

Несколько мгновений он сидел, не шевелясь.