Не отпусти нас

За вещами заеду завтра, сегодня слишком много всего навалилось.

И отправился в столовую, оставив ошеломленную жену стоять посреди холла.

Анисат вовсю колдовала у плиты. По кухне разливались аппетитные ароматы готовящегося мяса и свежей выпечки.

– Владимир Георгиевич, я обед скоро накрою. Наденька успокоилась? Зовите ее обедать, – заулыбалась экономка.

– Анисат, вернулась моя жена Полина.

– А… а как же Наденька? – оторвавшись от духовки, растерялась пожилая женщина.

– Я попрошу вас позаботиться о Полине. Она будет жить здесь.

– Конечно, Владимир Георгиевич… – В глазах экономки вспыхнула тревога. – А как же Наденька?

– С Надей все будет в порядке, даю вам слово. – Метелин тяжело вздохнул и вышел в холл. Надел куртку, взял барсетку и вскоре оказался на улице. С пасмурного неба срывался снег. Он бил в лицо и очень раздражал.

Владимир сел в свой внедорожник и набрал номер телефона Надежды.

Один за другим, длинные гудки разрывали тишину. Надя не брала трубку.

Он нажал функцию поиска на карте. Все в порядке, мобильник определил местоположение Нади в ресторане у парка.

Новая охрана ресторана сообщила, что Надежда на месте и занимается организационными вопросами вместо своей тети.

«Обиделась… Что ж, заботы – лучшее средство от отчаяния, – подумал он. – Сначала узнаю, что удалось выяснить нашим бравым сотрудникам уголовного розыска.

Глава 25

В ресторане был аврал. В отсутствие управляющего так хорошо налаженный Ярославой бизнес полетел под откос. Вот чего у нее было не отнять, при всех ее недостатках, так это вовлеченности! А теперь… Как теперь быть? Не потяну я такой груз одна, без нее! У меня двое детей, им нужна мама.

Кое-как успокоив сотрудников, я устроилась за столиком у окна с ноутбуком и занялась прямыми обязанностями Ярославы.

«А ведь я знала, что рано или поздно она приедет!» – саднили досадой мысли в груди. Я как будто застыла в ожидании очередного приговора, как и тогда, в больнице, в день, когда Метелин женился на другой.

«Кого он выберет на этот раз?» – красной лампочкой мигал в сознании вопрос.

«Что произошло в доме после нашего отъезда? – перекрывали отчаяние страх и тревога.