Не первый раз замужем

Он почему-то не захотел сейчас говорить Виктору, что они стали близки. «Пусть это пока останется тайной, – подумал он. – До тех пор, пока Нина сама не захочет рассказать обо всем своему другу Виктору».

– Ну, так что же мне делать, Вить? – перескочил Николай на волнующую его тему, чтобы не заострять внимания на отношениях между ним и Ниной. – Где искать разгадку поджога моего дома, вернее, комнаты? Я даже не знаю, с чего или с кого начинать. Впору принять твою версию насчет «шерше ля фам», – засмеялся Николай.

– А что говорит следователь?

– Да ничего он пока не говорит, – пожал Николай плечами. – Приехал сегодня какой-то молодой, с опухшим лицом, видно, его с постели подняли. Да это и немудрено, на дворе ночь была, вернее, перед рассветом. Он там по комнате походил, походил со своими помощниками, взял с собой бутылку, в которой смесь была, и уехал.

– Что, даже ни о чем у вас с Ниной не спросил?

– Спрашивал, – сморщил лицо Николай. – Только у меня создалось впечатление, что он еще спал наполовину, поэтому его это дело совершенно не вдохновило и он не проявил сыскного рвения, все время зевал во весь рот.

Виктор нахмурился, словно что-то вспоминая и анализируя, а потом вскинул на Николая широко раскрытые глаза.

– Коля, кажется, я знаю, кто это мог сделать! – возбужденно выдохнул он. – И пусть меня разорвут черти, если я не прав!

Глава 31

Никита невольно вздрогнул, когда услышал, что дверь камеры открывается. Он лежал на кровати, подложив под голову руки, и вспоминал всю свою жизнь. Как он женился на Нине, как она пренебрегала его вниманием, посвятив все свое время бизнесу и делам. И как внезапно в его жизнь самым наглым образом вмешалась эта идиотка, его любовница, которая заставила его пойти на преступление.

Он резко вскочил и, сев на кровати, с напряжением уставился на дверь. Вошел уже знакомый переводчик, за его спиной маячил ажан.

– Господин Сысоев, мне поручено препроводить вас в аэропорт, – мягким голосом с легким акцентом проговорил мужчина. – Прошу на выход с вещами.

– Меня отправляют в Россию? Значит, вам все-таки удалось доказать мою непричастность к ограблению? Я же вам говорил, а вы мне не верили, – возбужденно высказывался Никита.