(Не) моя ДНК (СИ)

И Лейлу выкинул, будто никогда не любил.

Ни Аню, ни Лейлу… Пусть дочь не его, но он же ее с пеленок растил.

«Он меня даже толком не выслушал, – пыхтела она про себя. – Все ему чушь и чушь. Даже приговоренному к смерти дают последнее слово, так? А он не дал. Не важно ему мое последнее слово. Я ему была хорошей женой, все четыре года старалась, как могла. Неужели за все это не заслужила даже чтобы выслушал?! Почему он считает меня шлюхой? Неужели он меня не знает? Почему думает самое плохое? Он же неправ!»

Но, похоже, это не Тигран был неправ, а Аня.

Она придумала себе идеального мужчину. А Тигран… оказался слегка не такой.

Мстительный, категоричный, бесчувственный.

Аня-то думала, он ее любил, Лейлу любил. Получилось – нет, раз так легко выкинул их из своей жизни. От любимых так просто не избавляются.

«Как он так может? Нет, я должна что-то сделать! Но что я могу?»

Аня потерла щеку, которую утром так тщательно покрыла тональным кремом, чтобы никто не углядел вчерашний подарок мужа.

Все. Развод неизбежен, он ни за что не простит ей тот грязный секрет.

Дальше без Тиграна…

Аня всю дорогу щипала себе руку, чтобы не плакать. Не хотела устраивать представление при таксисте. А когда зашла в подъезд дома Саши, все же не выдержала, разрыдалась. Пока дошла до квартиры, от макияжа остались одни потеки.

– Что случилось, Ань? – спросил Саша, как только она появилась на пороге.

– Где Лейла? – вместо ответа поинтересовалась она.

– Пообедала и спит. Ты не уходи от темы, что с тобой?

Изобличительная речь уже вертелась на языке, очень хотелось пожаловаться другу, поплакать на его плече. И вместе с тем рассказывать про ремень и свою собственную больную задницу не хотелось совершенно.

– Мы с Тиграном не помиримся… – проговорила она, снимая шубу.

Быстро привела в порядок блузку и все-таки не удержалась от горького всхлипа.

– Пойдем, пойдем, – Саша позвал ее на кухню.

Аня осторожно уместила на твердой табуретке пострадавшую филейную часть, все же немного поморщилась.

Саша налил ей в кружку горячего чая, пододвинул ближе сахар. Примерно минуту просто сидел напротив и молчал.

Потом все же спросил:

– Что он тебе сделал?

Аня снова громко всхлипнула и покачала головой:

– Давай никогда не будем об этом говорить… Просто сегодня я окончательно поняла, что не помиримся. Мне надо как-то жить дальше, хотя я пока не представляю, как без него буду жить.