( Не ) мой ребенок

— Большое вам спасибо, Глеб Викторович, — кивает она, а голос дрожит.

Нет, я определенно ее не успокоил…

— Вам, наверное, пора домой, — продолжает лепетать Мирослава. — Еще раз спасибо за то, что приехали лично…

Да, мне действительно пора уходить. Но вот какое дело — не хочу я ее тут оставлять. Какое-то ненадежное место. Псих этот в шапке, местная шантрапа, которая вполне может придумать следующий челлендж под названием «собьем кого-нибудь с ног ударом биты».

— Мирослава, давайте я вас заберу на пару дней к себе.

Думал, будет упираться, не согласится. А она, наоборот, радостно мне улыбается:

— Было бы хорошо, а то немножко страшно, если честно. А я вас не стесню?

Мысленно воскрешаю в памяти планировку своего двухэтажного дома. Он достаточно большой, чтобы вместить хоть двадцать гостей, для одной маленькой Мирославы место точно найдется.

— Не стесните. Подождем, пока поймают тех отморозков, которые устраивают челленджи, и потом вернетесь сюда. А если опять возникнут проблемы, я сниму вам новое жилье.

Она радостно кивает, и мне моментально становится легче на душе. Ну не могу я оставить ее одну, не могу, и все тут.

Сборы Мирославы занимают минут двадцать. Очень скоро она выходит ко мне с небольшим рюкзаком.

Провожаю ее к машине, усаживаю на заднее сиденье.

— Вы успокоились? — спрашиваю, изучая взглядом ее лицо.

— С вами ничего не страшно, — говорит она.

Не знаю, почему, но от ее слов мне становится ужасно приятно.

Дорога домой занимает значительно больше времени, потому что стараюсь ехать очень аккуратно.

По приезде домой помогаю ей выбраться из машины, беру под локоть, веду внутрь.

А когда завожу в прихожую смущенную донельзя Мирославу, в дверном проеме вдруг показывается Анжела. В том же самом черном кружевном халате на голое тело. Вот уж кого не ждал! И чего ей не спится?"

"— Глеб, я не поняла, что у нас за странные гости? — хмурит брови жена.

*Челлендж (англ.

Глава 21. Занятой мужчина

Мира

Просыпаюсь в огромной мягкой постели и поначалу даже не понимаю, где я. Потом вспоминаю, что Глеб Викторович привез меня к себе домой, и с облегчением вздыхаю.

Заистерила вчера как последняя дурочка, очень глупо себя повела.