Не хочешь по-хорошему?

— Чем занималась на работе?

Слова звучат невнятно, он жует корочку и смотрит в мою сторону, а я стараясь не выдавать все еще кроющих слез, наливаю нам по чашке горячего чая, разбавляя сережину молоком.

— Учебники пришли, я разбирала, кстати тебе тетради принесла, можешь глянуть в сумке, — не успеваю договорить, сына как ветром сдувает. Он возвращается спустя пару секунд с моей сумочкой, и сердце сжимается, стоит мне увидеть ее.

— Ого мам, это твоя? — но к моей беде, рабочие тетради его мало интересуют, сынок вынимает из сумки маску с того самого маскарада и вертит в руках, глядя как крошечные камешки играют в свете люстры.

Ставлю чашки на обеденный стол, опускаюсь на табурет и натягиваю на лицо улыбку. Внутри ноет от воспоминаний, и я отпиваю горячий чай в надежде унять эту боль.

— Нет, маску носят на маскарад, это такой праздник где все прячут лица.

Сережа хмурится и философски выдает.

— Тебе не надо прятать лицо, ты красивая, — и от его слов на моем лице расцветает уже искренняя улыбка, и я тянусь к темноволосой головке сына и ерошу его мягкие волосы.

— Спасибо, мой рыцарь. А теперь давай-ка поедим?

После ужина мы с Сережей убираем посуду в раковину и идем в гостиную. Я ложусь на диван, а он усаживается на пол рядом и тычет в пульт, листая фильмы в онлайн-кинотеатре.

— Что будем смотреть?

— Не знаю, любимый. Может мультик какой-нибудь? Золушку?

— Ну мам, — тянет с укоризной. — Он для девчонок.

— Ну давай трансформеров…?

Устраиваюсь удобнее, и понимаю, что глаза слипаются. Все же бессонная ночь дает о себе знать…

— Мы на той неделе их смотрели. Давай про богатырей?

— Давай, — зеваю, и вытягиваю руку, чтобы обнять хрупкие плечики сына. Целую макушку. Глаза закрываются.

Последнее что помню, касание пледа к телу, и сердитое пыхтение, когда Сережа меня пододвигает, чтобы улечься рядом. Притягиваю роднульку к себе и окончательно отключилась, позволяя блаженной тьме поглотить разум окончательно.

38

Врываюсь в кабинет, и дверь глухо ударяется о стену. Прохожу прямиком к бару, достаю бутылку дэниэлса и откупориваю.

Сын.

Мне даже не надо делать тест ДНК я и без него прекрасно все считал по испуганному лицу бывшей жены.

Кошусь на папку словно это ядерная бомба и сейчас рванет и отхлебываю бухло, морщась от терпкости напитка.

Там все ответы, но теперь вопреки логике заглядывать туда я не хочу еще больше.