Не играй с нами, девочка

"

"— Грозный вид и богатырский рост. Естественно, — она едва узнавала собственный голос, и, кажется, заставляла себя говорить, чтобы не потеряться окончательно.

Она даже улыбнулась. Фальшиво.

Нечетный пробежался по правильным цифрам, замок щелкнул, и дверца сейфа подалась вперед. Следом он вручил ей стопку бумаг и две флешки.

— Ненавижу флешки, — бросила она.

— Лично Марку в руки.

— Поняла.

Анна заметила уголок желтого стикера, который выглядывал между листков. Рукой Севера было написано «ресторан у площади» и номер сотового.

Да, это его ровный выверенный почерк.

— Я могу отвезти сам.

— У тебя и без этого дел, — она очнулась и положила флешки в карман кофты. — Это всё?

Хоть что-то она могла. Например, быть доверенным посредником. Одна сотая работы Севера, но ее она могла выполнить. Пожалуй, только она и осталась в ближнем круге Марка, и Нечетный на подступах.

— На парковке ждет машина.

Водитель без единого слова завел машину и отправился в путь. Анна неотрывно смотрела на часы на панели и отмечала, как сменяются минуты.

9:23. 9:24. 9:25. Уже утро и начинают намечаться контуры дня. Отсчет пугал ее, ведь каждая минута отдаляла и отодвигала. Жестоко и неумолимо. Всё случилось вчера вечером... Уже вчера. Уже прошлое.

Из раздумий вырвал пейзаж, который она вдруг узнала и сообразила, куда ее везут. Марк решил вернуться домой. Вскоре она оказалась в просторной гостиной, в которой случился их последний перед расставанием разговор и которая совершенно не изменилась с тех пор. Анна успела многое переделать в доме, обжить его, чтобы он перестал напоминать стерильные буклеты под ключ.

И теперь взгляд натыкался на выбранные ею шторы, стулья, подушки, репродукции... Она уговорила Марка на Врубеля. Он пришел на смену дурацким коллажам со столь же глубокомысленными надписями, что слоган Nike.

Она сняла кофту и села на диван, смяв в руках маленькую подушку. Марка пришлось ждать. Анна пыталась угадать, каким она увидит его. Какой Марк вернется к ней. Они еще не говорили. Ее увезли из того проклятого дома первой, Максима же повели к другой машине.

После с ней разговаривал Нечетный, просил вспомнить всё в деталях и задавал тонну вопросов. Но она ничего толком не помнила, только выстрел, свою панику и кровь на ладонях.

— Он жив? — спросила она у него дрогнувшим голосом.

— Я не знаю, Анна.

Нечетный оставил с ней врача и трое парней охраны. Иногда она засыпала, а, когда открывала глаза, долго пыталась понять какой сейчас день и что происходит.