Не герой

Все сформулировано было по-армейски просто и доходчиво: разрешалось раскрывать детали разговора с осужденной, условия её содержания, и запрещалось обнародовать все остальное, включая разговор с майором. Определение меры ответственности за нарушение, в случае такового, должен будет определить военный трибунал на закрытом заседании. В общем, лучше язык себе до крови прокусить, чем проболтаться.

— Не стоит волноваться, мисс Хоук, вы далеко не первый герой, которого отправляют на очную ставку. Наверняка ведь видели подобные репортажи от старших коллег? Да, сохранение военной тайны — непростая работа, но одаренные и так вынуждены хранить немало собственных тайн.

Вы справитесь. Что касается вас, мистер Смит, то у вас великолепное досье: сын родной капрала морской пехоты, приемный ребенок в семье известных в Калифорнии политиков. Кому как не таким как вы нам доверять секреты и само наше будущее?

Твою ж мать! Только теперь я сообразил, что меня поймали на крючок, что называется, на ровном месте! Да, приемный сын Йонов, подписавший бумажку о неразглашении, в случае необходимости превратится в отличный рычаг давления на замгубернатора.

Ведь заседание трибунала всегда можно повернуть так, что публичной репутации Фила если не хана, так во-от такенное пятно точно на ней появится. И ведь как быстро сработали, сволочи — все придумали и провернули, пока я в госпитале с Хоук Оборотня и Энерджайзер навещал! До этого-то никто не знал, что я заявлюсь вместе с героиней.

— Я не подведу, сэр! — старательно не показывая, что расколол «хитрый план», с нужной долей показного волнения отрапортовал я.

После выступления в универе у меня теперь подобные штуки получались довольно легко. Похоже, успешно превращаюсь из нормального человека в политика. С другой стороны, а что делать? С волками жить — по-волчьи выть.

* * *Летели мы не так уж долго, минут сорок. Уж не знаю, по прямой или заложили парочку петель для пущей дезориентации — в любом случае от госпиталя загадочная база, где держат осужденных сверхов, оказалась недалеко.

И, может это моя паранойя не вовремя проснулась — но подобный факт наводил на некоторые вполне определенные мысли. Не самые приятные, зато логичные.

После нескольких маневров в воздухе, летающий БТР наконец сел — но рампа не открылась. Зато двинулась вниз сама посадочная площадка: видимо, мы приземлились на подъемник, как на авианосце. Еще несколько минут — и нам наконец-то дали выйти в здоровенный полупустой ангар.