Не гадайте на любовь

— Странно, как раз-таки он и является отечественным заменителем импортного препарата, и у него больше противопоказаний. Вот что, Полина, я тебе скажу, Аристарху Владиленовичу надо сходить к другому специалисту, а может, даже к двум. Я свою матушку всегда показываю нескольким докторам. Бывает, что они рекомендуют взаимоисключающие методы лечения. Тогда приходится прибегать к услугам третьего специалиста. Если мнение двух совпадет, тогда можно следовать их рекомендациям…

— Вадим, а ты консерватор!

— Да, это так, — подтвердил Ромашкин.

 — Я считаю, что традиционные, проверенные средства надежнее. А что касается кардипола, то, по-моему, не стоит тратить время на его поиски, в продаже есть средства аналогичного действия.

— Вадим, а кто…

— Извини, Полина, меня матушка зовет, — Ромашкин отключился, и я не успела спросить у него, кто производитель кардипола.

Я повернулась к компьютеру и вбила в поисковую строку фамилию, имя и отчество директрисы сгоревшего дома-интерната.

Женщин, являющихся ее полными тезками и оставивших свой след во Всемирной паутине, оказалось много. Только на второй странице нашлись нужные мне ссылки. Кликнув по одной из них, я перешла на Горовский информационный портал и прочитала скупое сообщение о пожаре в медико-социальном учреждении, руководимом Анисимовой В. Н. Ничего нового для меня в нем не было, поэтому я стала просматривать другие сайты, собирая на них нужную мне информацию буквально по крупицам. Оно и понятно, ведь событие полугодовой давности уже потеряло свою актуальность. Я хотела было уже выйти из Интернета, но на всякий случай перешла на следующую страницу со ссылками и, кликнув по одной из них, наткнулась на любительский ролик, снятый во время пожара. На месте трагедии уже работали пожарные и медики «Скорой помощи». Мое внимание привлекла женщина лет тридцати пяти, мечущаяся от одних носилок к другим. Я подумала, что это медсестра Тищенко, которая пытается создать видимость того, что она что-то предпринимает, хотя на самом деле толку от ее беготни не было никакого. Потом в фокус камеры мобильного телефона попала другая женщина. Она стояла несколько в стороне, не участвуя в общей мизансцене. Оператор-любитель приблизился к ней настолько, что можно было разглядеть выражение лица этой дамы. Оно было каким-то отстраненным — ни слезинки сопереживания, ни тени сочувствия.