Не дружи со мной

Я рассмеялась:

– Я уже давно там. Согласись, бодрит?

– Очень бодрит! – рассмеялся в ответ Паша.

Долгих быстрым шагом подошел ко мне, крепко обнял и спросил:

– И сколько лет мы с тобой в итоге продружили? Года четыре?

– Шесть лет, – опять поправила я, – Долгих, ты нарочно меня злишь? Думала, у тебя проблемы только с русским языком, а ты и считать не умеешь. Сколько пальцев показываю? – продемонстрировала я Пашке не самый приличный жест.

– Ну все, Поликарп, ты нарвалась, – проговорил Пашка, разуваясь. Бросил на песок свой телефон и, снова подхватив меня на руки, решительно понес в неспокойное море.

– Пусти, Павлодар! – завопила я. – Я ведь в одежде!

Паша зашел в воду по колено и, придерживая меня за спину, склонил над волнами.

– Полианит! – весело проговорил Долгих.

– Павиан! – отвечала я, глядя в смеющиеся зеленые глаза друга.

– Полимер!

– Павильон!

– Полифилия!

– Что? – удивилась я. – Что это еще за слово?

Вместо объяснений Пашка вдруг выпустил меня из рук, и я упала в прохладную воду, громко заверещав. Успела схватить Долгих за рубашку и потащить вслед за собой.

– Долгих, я тебя убью! – причитала я.

– Ковалева, а я тебя люблю! – выкрикнул Пашка. – Сильнее всех на свете! Плевать, пусть другие слышат!

Порывы теплого ветра подгоняли к берегу все новые волны. Соленая вода заливала глаза, которые и без того были влажными.

– Знаешь, мне жаль наших будущих детей, – проговорил Паша между нашими поцелуями.

– Это еще почему? – искренне удивилась я.

– Ты представляешь, сколько мы вдвоем можем забавных прозвищ им придумать?

Я звонко рассмеялась и снова притянула к себе Пашу. Мы целовались, не слыша грохота моря, в короткие промежутки, пока нас с головой не накрывало волнами."