Не (его) игрушка

Я знаю!

Эх… Как жаль, что не могу ему подмигнуть!

Распахиваю дверь кабинета, напоследок ещё раз бросаю взгляд в зеркало на себя.

Я беременна. Я спокойна! Я самая счастливая женщина на земле!

Будущая мамочка.

Дорога до ВИП-зоны напоминает эшафот. В который раз ловлю себя на мысли, что ещё немного и у меня сдадут нервы.

Слишком много ненужного внимания, постороннего интереса, негатива и зависти.

А ещё сплетен…"

"Ведь у меня нет ни парня, ни мужа. Я ни разу не была замечена с представителем противоположного пола!

В итоге мнения коллег разделились на три фронта.

Другие утверждают, что я нагуляла его в отпуске. Отчасти, они правы.

Конечно, если можно подобное сказать про нас с Габриелем…

Ну и третьи, видимо, пересмотрели сериалов или дешёвых топ-шоу. Они убеждены, что я решила заработать приличную сумму и стала суррогатной матерью.

— Сильно злой? — спрашиваю у Лены, помощницы генерального.

— Ужас сплошной! — закатывает глаза.

— Хреново, — я уже начинаю жалеть себя.

— Жена ему что ли не дала? Или ещё кто. Не знаю, — раздосадованно пожимает плечами. — Но Миша сегодня просто трындец что творит!

— Понятно, — заходить к шефу желание окончательно пропадает. Выслушивать поток оскорблений в свой адрес совсем не с руки.

Только вот отсидеться не получится. Он меня в покое не оставит.

А если придёт сам, то будет хуже. Для всех.

— Ну, — произношу тяжко вздыхая. — Я пошла, — с печальным выражением смотрю на Лену.

— Удачи! — искренне желает девушка.

Надеюсь, её пожелание мне поможет.

Стучу в дверь, нажимаю на ручку. Руки от волнения замёрзли так сильно, что я не чувствую холодный металл.

Сердце стучит с бешеной скоростью. Глухие удары отдают в виски. В ушах шумит…

— Закрой за собой дверь! — раздраженным тоном требует шеф.

Молча выполняю приказ. Ещё больше нарываться на его недовольство не собираюсь.

— Анастасия Игоревна, это твое последнее опоздание! — мужчина повышает на меня голос.

— Но я же была у врача! — вспыхиваю. — Я вас лично вчера предупреждала!

Михаил ведёт себя так, словно не слышит меня.

— Рабочий день начинается в девять ноль-ноль, — произносит строго. Он не смотрит на меня, словно я перед ним не стою. — Все свои вопросы решай во вне рабочее время!

— Но… — открываю рот, чтобы возразить.

— Никаких ""но""! — поднимает на меня глаза. Там плещется самодовольство от мести.