Не бывшая жена миллионера

Смотрю на Никиту – он холоден и спокоен, будто не его только что пытались упечь за решётку. Берёт всё в свои руки, стараясь говорить как можно убедительнее.

– Петров, тебе не надоело в капитанах сидеть? Смотри, дело раскроешь, я такой огласке предам, что сам генерал тебе звёздочку добавит. Решайся.

– Ну, если Вероника Игоревна не против… Дело-то конфиденциальное.

– Она не против.

Антонов даже не смотрит в мою сторону. Делает вид, что рядом с ним – ничего не значащая пустота. Я фыркаю в ответ, стараясь выглядеть спокойной.

В действиях Никиты появляется хищность. Дерзкая и беспощадная. Рядом с ним становится опасно, ведь теперь я для него – точно не друг. Скорее, помеха, с которой нужно побыстрее разобраться.

– Вот, держите. – В руках Петрова появляется камера видеонаблюдения – обгоревшая и покореженная, оплавленная. Я инстинктивно дёргаюсь, сглатывая слюну. – Это камера из салона. Она сильно пострадала, мне не удалось ничего с ней сделать.

– Благодарю. Дайте мне неделю и мои хакеры выжмут из этой жестянки всё самое ценное.

Вываливаемся на улицу. Я семеню ногами за Антоновым, стараясь не отстать. Он не смотрит на меня – о чём-то беседует с Воиновым, передаёт ему потрёпанную видеокамеру. Кивает вслед удаляющемуся автомобилю.

Мы остаёмся вдвоём на улице. На город уже давно опустился вечер, играя на тротуарах отблесками от фонарей.

Я почти не дышу – прохладный ветер забирается под тонкое платье. Вызывает россыпь мурашек во всём организме. Танцует на коже.

Молчим.

Буравим друг друга опасными взглядами, больше походящими на бой фехтовальщиков. Боюсь отвести взгляд, опасаясь контрольного укола.

– Зачем ты так со мной, мышка?

Его голос звучит хрипло и проникновенно. В глазах загорается опасный огонёк. Я замираю. Продолжаю безмолвствовать, смотря на не бывшего мужа как кролик на удава.

– Я ведь изо всех сил старался сделать тебя счастливой.

Голос нарастает. Крепнет, врезаясь в мой мозг тараном."

"– Но ты просто плюнула мне в душу. Перешагнула, не оглянувшись. Снова спуталась с Артуром, а потом ещё оклеветала меня в полиции. Заявила при всех, что я – преступник!

– Я…

Стараюсь хоть как-то оправдаться.