Не борись со мной, малышка

Касьянов не мог сунуть контакт кого-то левого. Если чувак поможет найти тачку, это будет первая зацепка в следствии за все семь лет.

— Давай, Демид! — как псих, говорю с телефоном. — Бери трубу! — слушаю долгие гудки.

— Если не везет, то по-крупному? — Серега достает из тумбочки контейнер с котлетами и торжественно скармливает одну Байкалу.

— Как все сговорились.

Кладу телефон на стол. Но стоит самому потянуться за котлетой, мобильный оживает.

— День добрый, — вместо Демида со мной здоровается директриса детского сада.

— Был. Добрый. — Откладываю свой завтрак. — Что-то с Катей?

Только проблем с дочкой мне сейчас не хватало. Это точно будет гребаная коллекция.

— Нет, с Катюшей все отлично, — тараторит директриса. — Я звоню по другому вопросу.

Она как-то подозрительно мнется.

— Я весь во внимании, — произношу четко и спокойно. Как преступнику, пришедшему с чистосердечным.

— Я не уверена, что ваша супруга вам сообщила… Сегодня в шесть у нас будет небольшое родительское собрание.

— Собрание кого? — охреневаю.

— Ваша супруга подняла вопрос исключения из сада одного мальчика, — скороговоркой сообщает Ангелина Павловна. — Еще она хочет поднять вопрос надлежащей опеки за этим ребенком.

— Что?!

Бью себя ладонью по лбу. Лариса говорила, что хочет привлечь органы. Но из-за работы и одной шустрой газели все вылетело из головы.

— В общем, сегодня в шесть, — завершает директриса. — Очень надеюсь, что вашими стараниями нам удастся уладить все вопросы и разойтись с миром.

Глава 14

К концу рабочего дня я весь в мыле. Не покладая рук и прочих конечностей, вкалываю на благо родины и любимого Следственного комитета.

Довольный всплеском трудолюбия Сыровский больше не теребит своим ершиком мое серое вещество. А профилактически вздрюченные опера находят какую-то свидетельницу, которая могла видеть нашего маньяка.

На радостях мы со Смагиным быстро завершаем текучку, прихватываем котлеты и валим в районный отдел. Убиваем там три часа своего бесценного времени на болтливую бабку.

Бойкая бабуля в совершенстве помнит всех генеральных секретарей КПСС, может дословно повторить великие цитаты товарища Ленина, но последние двадцать лет жизни в памяти бабки один сплошной белый лист.

— Зря Байкала с лежанки срывали. Некого здесь нюхать, — сплевывает на землю Серега.