Не брак, а так

А Ольховская до сих пор на него была обижена за то, что ей пришлось отмечать свое двадцатипятилетие без него. Сначала Яна слала ему соблазнительные селфи из Стамбула, намекая на то, как много он потерял. А потом еще и оскорбилась, когда Герман устроил ей разнос из-за той проклятой смс-ки Алисе.

“А что такого-то? Ей давно было пора все узнать!” — Яна продолжала строить из себя дурочку, но на этот раз Литвинов выставил ее из квартиры, запретив даже близко приближаться и к нему, и к Алисе.

Ну и отец добавил. Велел Ольховской убираться из города или по кускам будет себя собирать.

И впервые всерьез задумался о том, что из себя представляет Ольховская как человек. Раньше не было повода особо заморачиваться. Янка была красива, весела, идеально подходила ему в постели, терпела его “однодневок” и любила, как умела.

“А мне плевать, что там она почувствовала! — орала Яна, когда он попытался рассказать. — И что с того, что у нее проблемы с отцом? Сама виновата, овца бесхребетная”.

Герман не считал себя чувствительным человеком, но он вряд ли когда-нибудь забудет как лежащую на полу Алису избивал ее отец. И как внутри него все перевернулось от этого зрелища. Расскажи он об этом Яне, она не то что бы не посочувствовала, она бы еще сказала, что мало досталось.

Ольховская уехала почти на три месяца к дальним родственникам, Герман вздохнул с облегчением, решив, что им обоим длительная пауза пойдет на пользу. Пару недель назад Яна вернулась и начала названивать.

“Ты вообще со мной был? Гера, у тебя кто-то появился? Только не говори, что ты спишь с этой…”

“Если хочешь меня, про мою жену больше ни слова, поняла?”"

"Янка притихла, зазывала его к себе чуть ли не каждый вечер, и снова начала ныть, что скучает, что Гера ей должен, но Герману оказалось спокойнее одному дома, где его никто не доставал.

Если бы только еще Сабуров не мешался под ногами! Отдавать ему Алису Литвинов не хотел.

Герман слишком хорошо знал Бурого, не испытывал никаких иллюзий в отношении его. Игнат при первом же удобном случае уложил бы Алису в койку. Хорошо хоть она не Янка, которая легко могла переспать из мести.