Не брак, а так

— Прости… прости меня!

Лицо Игната было непроницаемым, Алиса не знала, что ждать от него. Чувствовала за своей спиной Германа, но то, что сейчас происходило между ней и Сабуровым, принадлежало только им.

А он вдруг улыбнулся своей широкой безбашенной улыбкой, обнял Алису и поцеловал ее в лоб.

— Не парься! — усмехнулся он. — Я понимаю. Правда. Теперь понимаю.

И посмотрел Алисе за плечо, туда, где стоял Литвинов. А потом, отвернувшись пошел к “скорой”.

Эпилог

Десять лет спустя.

Герман

Будильник прожужжал как обычно в восемь тридцать утра.

В доме стояла привычная для этого времени дня тишина. Жена еще полчаса как увезла детей — старшего в школу, младшего в сад. Их первый ребенок родился меньше, чем через год, как они снова решили быть вместе. Сын. До последнего выбирали имя, переругались со всеми родственниками, кто лез к ним со своими ценными советами. Но когда Герман забирал жену из роддома, они не сговариваясь решили — Илья.

Завтрак по традиции уже ждал его на столе. Овсяная каша с сухофруктами и бутерброды с сыром. Заварив себе кофе, Герман быстро просмотрел новости на телефон, пробежался взглядом по письмам в электронной почте. Его бизнес располагался в четырех часовых поясах, так что за ночь всегда что-нибудь да нападает.

“Проснулся? Илюху закинула, еду в сад”

Герман улыбнулся лаконичному сообщению жены, такая деловая стала! Хотя с двумя детьми, работой, вечно занятым мужем и твердыми принципами, другой она не могла быть.

В их доме не было ни кухарки, ни домработницы, ни няни. Это была принципиальная позиция жены, с которой Герману пришлось согласиться.

— Я не хочу, чтобы в нашем доме были чужие люди. Есть ты, я и наши дети. Все. Иногда родители, мой брат, наши друзья. Я знаю, как ты рос, как я росла. Ни тот, ни другой опыт я не хочу повторять. Создадим свой для наших сыновей.

Герман улыбнулся, вспомнив, как вернувшись на днях раньше обычного домой, застал старшего с пылесосом в руках, а младший сам собирал в коробки свое “Лего”. Жена готовила ужин на всю семью. Детство его детей было совсем не похоже на его собственное.

— Чем больше у нас денег, тем проще мы живем, — сказал тогда Герман жене и тут же получил ответ:

— Хочешь что-то поменять?

— Нет!

Смысл повторять собственные ошибки на детях.