Не брак, а так

— Что, значит без “горько”? Да я половину глобуса пролетел, чтобы увидеть тебя окольцованным! Ну уж нет, целуйтесь давайте!

Вокруг все зааплодировали.

Алиса посмотрела на мужа. Тот уже не улыбался.

Глава 7

— Привет, Бурый! Не помню, чтобы я тебя приглашал на свадьбу, — негромко усмехнулся Герман. — Но раз приехал… ну давай обнимемся, что ли?

Точно! Его так в школе и звали — Бурым. То ли из-за фамилии, то ли потому что он и правда был похож на медведя. Вечно лохматый, коренастый, он шустро передвигался на своих кривоватых ногах.

Алиса не помнила, чтобы Бурый когда-то становился объектом буллинга из-за своей внешности. Да стоило было только глянуть в его черные блестящие глаза под нависшими густыми бровями, так сразу же расхотелось бы шутить.

При этом Игнат всегда пользовался большой популярностью у старшеклассниц. Этого Алиса не понимала. Как вообще может кто-то нравиться, если рядом стоит Герман Литвинов?!

С Сабуровым Герман то ли дружил, то ли просто тусил в одной компании. А потом Игнат как-то разом исчез, прямо в середине года.

Говорили, что перевелся учиться куда-то за границу, девчонки шушукались, многозначительно поглядывали друг на друга, кивали в сторону Литвинова. Однако что там случилось, Алиса так и не узнала. Да ей и не было это сильно интересно. Вот если бы, не дай бог, уехал бы Герман…

Молодой мужчина, который сейчас обнимался с ее мужем был не слишком похож, на того неказистого паренька.

Косолапость куда-то подевалась, Сабуров вытянулся, расправил плечи и стал, как это модно говорить, лучшей версией самого себя.

Лохматость никуда не исчезла, как и живой взгляд черных глаз. Конечно, никаким красавцем он не стал, но не заметить такого мужчину было сложно. Он был ровесником Литвинова, то есть ему должно было быть двадцать четыре года, но выглядел он старше. И энергетика у него была совсем другая.

— Поздравляю, поздравляю! — похлопал он по спине Литвинова, а затем повернулся к молодой жене.

В его черных глазах можно было утонуть. Алиса, сама не ожидая, вдруг смутилась.

— Какой красавицей ты стала, Алиса! — выдохнул Сабуров, полностью завладев вниманием девушки. — А я тебя помню. Ты с двумя косичками в школе бегала. Такие цветные резинки еще на руке носила!

— Ага! — опешила Алиса. Ей и в голову не могло прийти, что ее могли запомнить, а потом еще и вспомнить спустя столько лет.

— А ты, помнишь, Литвин, а?

По виду Германа было и так понятно, что нет. Но он больше не интересовал Сабурова.