Картофельное счастье попаданки (СИ)

Возможно, я провела бы на этом крыльце не один час, если бы к дому не подъехала повозка молочника. Мужчина в простой деревенской одежде спрыгнул с козел и достал из телеги один из стоявших там жестяных бидонов. Потом он поднялся на крыльцо и, почтительно мне поклонившись, тоже взялся за шнурок.

На сей раз дверь отворилась, и я увидела в проеме старого хозяина. Он взял у молочника бидон с молоком, а тому протянул пустую емкость и медную монету. Крестьянин поблагодарил его и стал спускаться с крыльца.

— Месье Краузе, здравствуйте! Могу я с вами поговорить?

Он окинул меня хмурым взглядом.

— Не имею чести знать вас, сударыня. И не имею желания с вами разговаривать.

Он чуть наклонил голову и снова стал притворять дверь.

— Прошу вас, месье! Всего несколько минут!

— Найдите себе более молодого и приятного собеседника, мадемуазель, — посоветовал он.

— Но мне нужны вы! — заявила я.

Он впервые за всё время нашего разговора посмотрел на меня чуть внимательнее.

— Мой дом? — переспросил он. — Вы хотите его купить? Но он не продается.

— Я знаю, месье. И даже если бы он продавался, у меня всё равно нет денег, чтобы его купить.

— Тогда что же вам угодно? — удивился он.

— Я хотела бы снять у вас первый этаж, — выпалила я.

Он хмыкнул:

— Разве вы не заметили, мадемуазель, что я предпочитаю вести весьма уединенный образ жизни? И посторонние в моем доме мне совершенно ни к чему.

— Но мне доподлинно известно, сударь, что городская управа вот-вот оштрафует вас за то, что фасад вашего дома не обновлялся уже много лет. А если вы не сможете заплатить штраф, то вас просто выселят отсюда. Неужели вы не боитесь лишиться дома, которым так дорожите?

Он заметно помрачнел, но решения не переменил.

— А вот это уже не ваше дело, мадемуазель! — и снова взялся за ручку двери.

— Меня и мою семью выселили из дома сегодня утром, — сказала я. — Судебный дознаватель дал нам двадцать четыре часа на то, чтобы мы забрали свои вещи.

Дверь, которую он уже почти закрыл, снова распахнулась.

— За что же было вынесено столь суровое решение? — всё-таки полюбопытствовал он."

"— Я не смогла расплатиться по долгам покойной матушки. И теперь нам негде жить.