Навязанная жена. Единственная

— Спасибо, что согласились принять меня, госпожа ведьма.

— Франческа, — произнесла я. — Давайте без лишних формальностей. А как тебя зовут?

— Бруна.

— Очень приятно, Бруна. Так зачем ты просила о встрече?

Женщина посмотрела мне прямо в глаза и ответила:

— Молва ходит, что вы… ты умеешь распечатывать темный дар.

— Именно это и отправило меня на больничную койку, — ответила я. — Но тебе это зачем? Ты же здесь, помогаешь раненым, вытягиваешь из них тьму, значит, силы есть.

— Есть, — согласилась Бруна. — Только я боюсь, что их мало.

— Присядь, — велела я, указав на стул, а сама села на кровать. — Почему ты думаешь, что низкий уровень дара связан с блокировкой?

О том, что он сам по себе низкий, я говорить не стала. У нас не принято было обсуждать отсутствие способностей.

— Позволь, я начну с самого начала. Когда проявился темный дар, я руки на себя наложить хотела. — Бруна грустно улыбнулась. — Мои родители обычные фермеры. Они так гордились, когда во мне стал просыпаться дар! И тут ведьма. Темная.

Такому никто не обрадуется. Батька меня из петли вытащил. Зашел за косой, а нашел едва живую дочь. Ох, и кричал он тогда, ругался! Даже выпороть меня хотел. Какими словами только не называл.

— Тебе повезло.

— Говорил, что неважно, какая сила — темная али светлая, — если она в помощь идет.

— У тебя очень мудрый отец.

Жаль, что мне в свое время так не повезло. Родные даже спустя годы не смогли меня принять такой, какая я есть.

— Не скажу, что меня обижали… скорее не замечали. Из гордости и надежды целой деревни я стала никем.

Подружки от меня отвернулись. А те ребята, что помладше, так и норовили задеть, обозвать и камнями закидать… Я возненавидела свой дар. Ночами рыдала в подушку, просила богов забрать его, Судьбу проклинала. И вообще им пользоваться отказывалась. Будто бы и нету у меня ничего. Будто бы я обычный человек.

— И когда все изменилось?

— Сестренка моя в лесу потерялась. Маленькая совсем. Пошла по ягоды с подружками, вот пятеро из них и не вернулись, заблудились в лесной чаще.

Никогда далеко не уходили, все тропинки знали, а тут заплутали. Батька с мужиками ее сутки искали, матушка слегла от горя. Плач по деревне стоял такой, что хоть уши затыкай. Видано ли, пять девчонок пропало разом! Уж думали, что зверь их дикий подрал.

— Вы нашли их, — догадалась я.

— Нашла, — кивнула Бруна. — Мне тогда только семнадцать исполнилось. Впервые за три года я про силу свою вспомнила, впервые обратилась к ней, как к равной, совета попросила.