Навеки

– Ты сообщила, что почувствовала нечто в какой-то лавчонке в этом районе, и чутье тебя не обмануло. Сумка лежала в антикварной лавочке. Такая старая и изношенная, что и впрямь выглядела древней.

– Как она туда попала?

– Мне пришлось дать хозяину триста долларов, чтоб заставить его разговориться, но я до сих пор не уверен, что узнал правду. Он утверждал, что ее продал ему какой-то старик вместе с кучей другого старья: старой одеждой, старой утварью и…

– Старыми зеркалами, – подсказала Дарси."

"– Точно. Одним старым зеркалом.

– Ты нашел старика, который продал эти вещи?

– Еще нет. Я думал, ты…

– Он уехал, папа. Я чувствую, что он уехал. Этот человек живет не в Турции, и он уехал домой. Его старуха-жена больна. Египет. Пирамиды. Я вижу пирамиды.

– Ладно, милая. Я вылечу первым же самолетом. Ты в порядке?

– Д-да, – неуверенно проговорила Дарси.

– Что случилось? Что еще случилось, вдобавок ко всему?

– Тут у меня один гость, папа.

– Актер с пропавшим ребенком привлечет к тебе слишком много внимания.

– Нет, это не тот случай. Долго объяснять, но никто не знает о его сыне и...

Она затихла.

– Послушай, милая, мне надо идти, но если ты спрашиваешь у меня, стоит ли тебе сейчас помогать кому-то, то я отвечу: да, стоит.

– Но мне придется куда-то поехать.

– Непременно! – заорал мужской голос. – Да! Выбирайся из дома. Захвати мобильник Адама. У меня есть его номер. Помоги этому человеку. И, Дарси, позвони матери. Она любит тебя.

– Угу. Конечно, – пробурчала Дарси.

– Люблю тебя! – сказал он. –Позвоню, как только смогу.

Я тихонько нажал кнопку и отключил громкую связь. Потом снова занялся уборкой.

Вернувшись, Дарси села на высокий барный стул и некоторое время молчала.

Я убрал мясо и сыр, а когда оглянулся, увидел, что она пристально меня разглядывает.

– Вы услышали все, что хотели?

Я заставил себя не покраснеть от смущения: она меня поймала.

– Я услышал, что вы можете делать все, что вам нужно, и вне этого дома. – Я нагнулся к ней через стойку. – Послушайте, Дарси, вы должны догадываться, сможем мы провернуть это дело или нет.

– Нет, я не способна прозревать будущее, но я вижу...

– Видите что?

– Что-то в моей жизни изменится, если я сделаю это.