Навеки

Я действительно перепробовала все, что пришло на ум, чтобы вскрыть эту твердыню, но безуспешно.

– А как же купчие?

– Без толку. Они не говорят, – машинально ответила я, глядя на шар. Линк замолчал, и я посмотрела на него. – А, ты спрашиваешь, не нашла ли я что-то в документах?

Я передала напарнику ту бумагу, в которой Мартин значился в графе «отец».

Линк сел на скамью рядом со мной и прочитал документ. Наверняка он нарочно прислонился своим плечом к моему, чтобы я чувствовала его ощущения.

Эта купчая ничем не отличалась от остальных. В ней говорилось об очень светлокожем мальчике около семи лет от роду по имени Джедидайя, обученном работе в поле. Проданном за восемьсот долларов. В графе «мать» короткое «умерла», а в графе «отец» – только имя, «Мартин».

«Продан Чарльзу Фрейзеру в Восточную Месопотамию, штат Джорджия»."

"Несколько минут Линк, держа в руках бумагу, смотрел на лужайки, которые когда-то были засажены хлопком. «Обучен работе в поле». Семилетнего ребенка заставляли трудиться на полях.

– Мне жаль, – не сдержала я сочувствия.

Ответа не последовало. Было понятно, что Линк представил собственного сына, вынужденного горбиться над хлопком.

– Взявшись за это дело, я собирался спасти своего ребенка только потому, что он мой. И принимал во внимание только собственные желания, а не его. Но сейчас я хочу вызволить сына ради него самого, потому что малыш такой судьбы не заслужил. Если у него есть способности, которые кто-то хочет использовать, то их он унаследовал от бабушки через меня.

Линк посмотрел на меня.

– Дарси, что нам делать, чтобы найти моего сына?

Честность – лучшая политика.

– Не знаю. Можем зайти кое-куда, например, в церковь или на место автомобильной аварии, но я чувствую, что ответ находится здесь в этом доме. Тот дух, Девлин, намекнул, что твоя история как-то связана с моим мужем. Уверена, что содержимое этого шара поможет мне найти Адама, но как к этому причастен твой сын?

Я положила голову на плечо Линка, а тот обнял меня как сестру.