Навеки

Пришлось пихнуть его в бок, и Эймс застонал и скрючился, словно от острой боли.

– Ну ладно, – сдалась я. – Мне действительно любопытно. Расскажи-ка, что из себя представляет Джерлен?

– Хочешь, чтобы я рассказал тебе о твоей собственной матери?

– Как будто о своей ты знаешь абсолютно все. Ха! Да ты наверняка хотел бы узнать, что о ней думают коллеги, что она сама думает о тебе и...

– С чего ты решила, что не умеешь читать чужие мысли?

Я пожала плечами.

– Я не читаю мыслей, но могу уловить чувства. Ты часто думаешь о родителях.

– А сама-то? Каково это – иметь матерью одну из самых красивых и сексуальных женщин в мире?

Теперь Линк разыгрывал из себя психотерапевта и изучающе свысока меня разглядывал. Хотелось ответить в том же стиле, но вырвавшиеся слова удивили меня саму:

– Вы с ней спали?

– Не-а, – весело отозвался актер. – Надеялся, подкатывал, но звезда не пожелала.

Я отвернулась к окну, чтобы скрыть улыбку, по-глупому радуясь, что они не занимались сексом.

– Дарси, – проговорил Линк без всякого намека на юмор. – Я читал ту книгу о тебе, но в ней концы с концами не сходятся. В жизни ты ни капельки не похожа на глупенькую деревенскую девчонку. И там никакого упоминания про твои... ну, таланты, ни словечка. Если верить автору, ты по дурости устроила заварушку, и все остальные рисковали жизнью чтобы тебя спасти.

Я промолчала. А что тут скажешь? Мало помалу я склонялась к мнению, что Линк – мой друг, но пока не была готова полностью довериться ему.

– Нам туда, – показала я. Линк вздохнул с ощутимым разочарованием, но сейчас не время рассказывать, что же произошло в пещере ведьм.

Похоже, Восточная Месопотамия когда-то процветала. Но давно. Здания в центре крохотного городка были возведены на совесть и пестрели орнаментами, бывшими на пике моды в начале двадцатого века.

Я взглянула на Линка, чтобы понять, что он чувствует. И без прикосновений очевидно – жалость. Сам-то Линк заработал кучу денег, в то время как местные жители – возможно, его родственники – прозябали в глубокой нищете.